В руках богини

– Что ж, дерзай.

Я твёрдо решила использовать какое-нибудь заклинание земли. Потопталась на месте, чтобы лучше почувствовать твёрдую от холода землю под ногами. Эх, жаль нельзя разуться, как Тоф Бей Фонг! Я попыталась вложить в свою правую ногу всю силу, и обычную, и – мне очень хотелось верить в это – магическую. А потом с силой топнула, надеясь, что из этого выйдет хоть какой-нибудь толк.

Толк и впрямь вышел. От моей ноги через всю поляну протянулась внушительных размеров не то канава, не то трещина. Я услышала, как Эарин тяжело вздохнул.

– И как мне теперь это закапывать?

– Я что-нибудь придумаю! – заверила я его, хотя меня вовсю терзали сомнения.

Пока Эарин стаскивал тела в яму, я стояла, отвернувшись от неё и лихорадочно размышляла, что же делать. Заметив, что Эарин закончил, я зажмурилась и топнула снова. Появилась ещё одна трещина, перпендикулярная первой. Блин! Впрочем, Эарин вышел из положения, кое-как забросав тела мерзлой землёй, раскиданной по всей поляне. Затем он присел над могилой и заговорил.

– Илвинан, Великая Матерь, в чьей власти все жизни и смерти! Разреши нам помочь этим людям предстать пред Твоими очами! Чтобы путь указала Ты верный, которым пойдут они дальше. Ибо долг наш таков пред Тобою, принятый от рожденья. Я Эарин из рода Хисина, а вот Маржинель из Гогара. Я знаю, что нас Ты слышишь, дай знаки увидеть Твои нам!

Закончив молитву, он снял перчатку и коснулся ладонью земли.

– Ну, вот и всё, – произнёс он, поднявшись. Мы направились в сторону лагеря.

Через несколько шагов я обернулась, и увидела, как на поляну вышел кряжистый матёрый кабан. Он пересёк поляну и, остановившись точно над могилой, принялся обнюхивать землю.

– Эарин! – шепнула я, дёрнув его за рукав. Эльф остановился, обернулся и без всякого удивления взглянул на зверя.

– Вот видишь, Маржи, – тихо произнёс он. – Помощник тут как тут. Пойдём-ка отсюда.

Кабан тем временем оторвался от своего занятия и уставился на нас. Затем неторопливо затрусил в нашу сторону. Я испуганно взглянула на Эарина, но тот оставался безмятежен.

В паре шагов от нас кабан остановился и уставился на нас, дёргая пятачком. Эарин низко поклонился зверю. Я, на всякий случай, последовала его примеру. Когда мы выпрямились, кабан топнул передней ногой – и исчез, как будто его и не было.

– Так всё-таки, Эарин, – спросила я, когда мы уже возвращались к фургону, – Что это был за камень, от которого волки так присмирели?

Эльф вновь достал камень и протянул мне.