В руках богини

– Если вы и впрямь не враги – попробуйте поднять мою стрелу! – откликнулся невидимый в темноте эльф. Я нагнулась и взяла стрелу в руки. Она была сделана из какой-то незнакомой мне породы дерева, поблёскивавшего серебристым в свете луны. Я, пожав плечами, протянула стрелу Мэл и крикнула в ответ.

– Теперь вы нам верите?

Навстречу нам вышли двое эльфов, один из них держал в руках лук с наложенной на тетиву блестящей стрелой, точно такой же, как и та, которую подобрала я. У второго за плечами виднелся арбалет.

– Кто вы такие? – задал вопрос тот, что с арбалетом.

– Свои! – воскликнула Мэл испуганно. – Я Ильвемэльда, дочь Ангаквара рода Хисинга! Мы из Варбе!

– Голос, как будто, её, – произнёс тот, что с луком.

– А почему на вас наложено тёмное колдовство? – грозно спросил арбалетчик. – С кем вы якшались в городе?

– Маржи, скажи им! – умоляюще прошептала Мэл.

Я же готова была зарычать от бессилия. Маскировка Ральфа, которая выручила нас в городе, теперь грозила погубить.

– Мы не вампиры, можете проверить! – отозвалась я, стараясь сохранять лицо, что не так-то просто, когда ты падаешь от усталости, и вообще зуб на зуб не попадает. – Мы приняли помощь от того, кому я доверяю, и я не виновата, что он оказался вампиром!

Эльфы переглянулись.

– Не двигайтесь! – произнёс лучник и направил своё оружие на нас. Если попробуете напасть – я не промахнусь!

Месяц назад я бы непременно ввернула бы что-нибудь ехидное, но жизнь в этом мире, пусть и недолгая, убедила меня в том, что хамить тем, у кого есть оружие – плохая идея.

Арбалетчик зашёл мне за спину и принялся связывать мне руки. Закончив с этим, он неожиданно поднёс к моей щеке что-то острое, и чиркнул по коже. Я сердито зашипела, потом зашипела ещё раз, когдаа эльф коснулся пальцем пореза.

– Кровь, – произнес он. – Эта, вторая, – тоже не упырица. Отведём их в лагерь.

Он толкнул меня в спину и я, внезапно почувствовав, что уже не владею своим телом, повалилась вперёд.

Очнулась я в каком-то узком тёмном, тёплом помещении. Стены были обиты чем-то мягким, а сама я – укрыта меховым одеялом.

«Это что, психушка? – мелькнула шальная мысль. – А всё, что было – сумасшедший бред?».

Одна из стен раздвинулась, с улицы повеяло зимним холодом. Я зажмурилась от яркого света и попыталась укутаться поглубже.

– Маржи, как ты? – раздался голос Мэл.