В руках богини

– Угодно ли мессиру развлечься? – пробормотала я, с ужасом представляя, как эта развалина начнёт раздеваться передо мной. У него, наверное, такие же седые волосы на груди, как у того рыцаря… Брр! Может он такой старый, что у него уже даже не стоит, и тогда всё обойдётся?

– Угодно, – кивнул судья. – Но не здесь, Маржи.

Тара, уловив намёк, повернулась и направилась к другому столику, за которым веселилась какая-то компания. Судья поднялся из-за стола и, взяв меня за руку, повёл наверх. В двух шагах от моей комнаты нас догнала Мамаша Леффа.

Как и вчера, она втолкнула меня в комнату, а сама, похоже, стала торговаться с судьёй о цене.

Судья вошел в комнату и присел на мою кровать. Я похолодела и потянулась к завязкам платья, но он жестом остановил меня.

– Я заплатил два шильда, – произнёс он и, раскрыв ладонь, продемонстрировал мне серебряные монетки. – Но вовсе не за это. Сколько у тебя денег сейчас?

– Нисколько, – мрачно ответила я. – Мамаша Леффа говорит, мол всё, что платят клиенты, пойдёт на уплату князю.

А ещё она высчитывает за еду.

– А сколько стоит твоя ночь? – продолжал судья.

– Не знаю, – я пожала плечами, недоумевая, к чему судья завёл этот разговор, и что ему от меня нужно.

– Мамаша утверждает, что пять шильдов. Или один шильд за полчаса. В таком случае, если очень повезёт, ты сможешь уйти отсюда максимум через полгода…

– Полгода…?! – ахнула я, лихорадочно прикидывая, что со мной случится за шесть месяцев такой жизни. Судья кивнул и продолжил.

– Это если Мамаша, после этого не заставит тебя отрабатывать долг уже перед ней, за ту же еду, или за тех клиентов, которые остались недовольны…

Я вновь сглотнула.

– Так вот, предлагаю тебе способ, как заработать денег, – судья выдержал паузу. – Это довольно опасное и неприятное дело, но я готов за него платить.

– Я согласна! – ответила я, задним умом сообразив, что даже не дослушала, чего же именно от меня хотят.

– Что ж… – судья смерил меня многозначительным взглядом. – Мне нужен человек, который умеет видеть и слышать.

Который согласился бы рассказывать мне о том, что он слышит и видит. В вашем заведении толчется множество людей, которые говорят о чём угодно, так как не стесняются каких-то там шлюх. Слушай, запоминай, и рассказывай моему писцу. Ты ведь помнишь его?

– Да, – кивнула я. – Только что же слушать и запоминать-то?

– Что ж, прекрасно. Любые жалобы на князя, любое недовольство домом Халоб будет кстати для меня и моего короля.