Мир особенных детей

Трактирщик поменялся в лице:

– Вау! Вы встретите самого Эдварда Молниеносного! Обязательно по возвращению заходите ко мне, опишите мне его! Не, ну я, конечно, видел его, но лишь на трибунах на арене, далеко, а вы будете прям разговаривать с ним, ох…

Трактирщика переполняли эмоции. Такое чувство, что встреча с королем – это событие его мечты, которая всё никак не может сбыться.

– Двадцать раз я приглашал его к себе в трактир! – пожаловался трактирщик, – Буквально завалил его письмами! И что я услышал в ответ? Пришел кто-то из стражи и сказал, что у короля пока нет времени на увеселительные мероприятия, пока идёт драконья эпидемия! Я всё понимаю, но город ведь живет! В театрах ставятся пьесы, в парках проводят праздники, столица живёт полной жизнью! Отчего же король не может принять участие в светской пирушке?

– Наверное, не хочет терять бдительность? – спросила Лидия.

–Да, наверное… Этим себя и утешаю. Но у меня к вам просьба: встретите короля – передайте, что я всё ещё жду его! Я закажу специально для него такое мясо из Триреста, которое ему и не снилось!

– Весьма амбициозно, – заметила Лидия, – Королю, да и не снилось?

Её забавлял энтузиазм трактирщика.

– Я вам ручаюсь, что это так. У меня свои связи в городе. Можете так ему и передать. У трактирщика Боба лучшее мясо во всём городе.

Лидия улыбнулась в ответ этому забавному персонажу.

–Я буду настаивать, – вежливо сказала она ему.

Лидия расплатилась за обед, вышла из трактира, и, оседлав коня, продолжила свой путь в сторону статуи. Статуя приближалась и становилась всё больше. Лидия проехала большой перекресток, ведущий на запад, к арене, либо на восток, в военный городок и торговый район. Ей нужно было ехать прямо, хоть, конечно, посетить все места в этом городе безумно хотелось. Но дорога до замка занимала слишком много времени, если ещё и осматривать все достопримечательности города – то на это не хватит и жизни.

Центр представлял из себя большее количество многоквартирных построек, архитектор которых был настоящим гением. Все здания напоминали итальянский ренессанс, но в более светлых тонах, с темными крышами, как в викторианской Англии.