Хроники Запятнанных могил

 – После этой фразы третий коллега, сидящий за баранкой, направил “скорую” к ближайшему магазину, взять что-нибудь покрепче, чтобы решить, как быть дальше.

Захаров тем временем бежал так быстро и долго, как только мог. Петляя между элементами детских площадок и близко поставленными автомобилями, он пробирался в глубь знакомого ему района. В какой-то момент терпеть усталость и тяжесть в мышцах стало невыносимо, и он упал на колени. Часто дыша, из последних сил стараясь сохранить сознание на месте, он мог думать только о том, чтобы не умереть от разрыва сердца.

Проходящие мимо двое полицейских, внимательно следящих, чтобы ночью на вверенной им территории не происходило никаких серьёзных происшествий, при виде парня в рваной грязной одежде, у которого руки были по локти в крови, сильно насторожились, а именно: приготовились выхватить табельное оружие, если только этот сомнительного вида товарищ сделает хоть одно неверное движение.

– Гражданин! Вы там как себя чувствуете? – не громко, но с некоторым нажимом начал первый служитель правопорядка, медленно приближаясь к Захарову, который, крепко выругавшись себе под нос, почти заплакал от всех навалившихся на него за несколько часов проблем. Он даже толком разобраться не успел, кто он такой теперь, а его шкала невезения только продолжала увеличиваться с каждой прожитой минутой.

– Осторожно, вдруг он под чем-нибудь, – предупредил второй полицейский своего коллегу, не сводя взгляда со скрюченного в три погибели парня.

Варианты, как поступить в сложившейся ситуации, проносились в голове Семёна с огромной скоростью, и каждый из них заканчивалась тем, что его убивали из табельного оружия. Решив, что на этот раз лучше судьбу не испытывать, он, не меняя позы, начал говорить.

– Постойте. Я в порядке, я нормальный, не наркоман, – говорил Захаров уверенно, можно даже сказать спокойно, особенно учитывая обстоятельства.

– Тогда встаньте, пожалуйста, гражданин нормальный, – продолжил диалог первый сотрудник. – Поднимите руки и представьтесь.

– Меня зовут Семён Захаров, – говорил он осторожно, неторопливо принимая положение стоя с поднятыми руками. – Меня похитили и пытались убить, чтобы сожрать.

– Господи боже.