За тучами светит солнце. Рать и Мир

Его достижение лишь в том, что он перестал смеяться над возможностью другой реальности. Он стал допускать и понимать, что перед носом, возможно, и не действительная реальность, а игровая иллюзия, которой кто-то управляет.

– До каких пор им будет позволено играть в «это»? – Василиса чуть поморщилась, вспоминая о ком-то из не очень приятных знакомых. – Искажения стали слишком заметны. В компьютерных играх меньше багов, чем в современной интерпретации истории. В игре больше веры, чем в реальности. Даже деньги уже не нужны людям в карманах, они их видят цифрами и им этого достаточно.

Они покупают виртуальные земли в виртуальных играх за, как им кажется, реальные деньги. Им становится не нужно живое общение, когда есть виртуальное. Скоро любовь и дружба станут исключительно виртуальными. Их эксперимент заходит слишком далеко, и они нарушают главное правило – они увлекаются эмоциями от игры.

– Ты думаешь они тоже потеряли ключ к действительной реальности? – усмехнулся «старец». – Так может в этом и суть? Когда все окончательно запутаются, останутся лишь те, кто способен жить.

– Человеку свойственно тянуться туда, где «теплее» и неважно иудей он, итальянец или казах, – резко произнесла Василиса. – Ему прописали это в ДНК. Он не проходит опыт своей очередной жизнью, а хочет напичкать её атрибутами богатства, власти и материального тепла. Он не думает про кирпич на голову. А кто думает, вгоняет себя в депрессию и прозябает в своей иллюзии реальности ещё противнее. Они охотно играют в эти игры, ведь режиссёры тоже увлеклись этим виртуальным действом.

– Пока слишком мало «багов» системы вроде тебя, – «старец» очень странно, но в то же время тепло улыбнулся Василисе. По всему было понятно, что она ему безмерно дорога, но в то же время в глазах его читалась едва уловимая грусть, когда он смотрел на неё.

– Никогда не думала, что мне будет приятно, что меня назовут багом, – улыбнулась в ответ Василиса. – Но это однозначно лучше, чем быть героем в этой паршивой игре.

– Эта игра не так уж плоха, – проговорил «старец».

 – Скоро ты это поймёшь.

Ратмир всегда шёл к их скамейке с западной стороны. «Словно солнце», – всегда подмечала Василиса. Он неспешно приближался к своей подруге, как будто растягивая удовольствие самого процесса ожидания их встречи. Весна уже тепло пригревала своим ласковым солнцем, но, когда оно пряталось за облака, мир словно замирал в тихом холоде, резко меняющим всё вокруг своей прямолинейностью и безысходностью.