Жестокая реальность (сборник)

Например, подсыпать «другу Вадику» крысиный яд в кофе, но, детально обмозговав все «за» и «против», коммерсант был вынужден с унынием признать – ничего путного у него не получится! Во-первых, Вадим Робертович больше не желал общаться с Овечкиным даже по телефону. Во-вторых, Леонид Александрович не без основания опасался уголовной ответственности. Не нужно быть обязательно Шерлоком Холмсом, чтобы докопаться, по чьей вине Хлыстов сразу после кофепития с Овечкиным вдруг отравился и умер в страшных судорогах. На более же оригинальный способ убийства у бизнесмена не хватало ни умения, ни фантазии.

В конечном счете, он скрепя сердце все-таки решился прибегнуть к дорогостоящим услугам «профи», для чего и позвонил Ковальскому…

Расставшись с Хлыстовым (деликатно удалившись, как только Сергей Игоревич взял трубку), Ковальский назначил аудиенцию Овечкину тут же, в парке. Дожидаясь Леонида Александровича, прохаживался по дорожкам и периодически заливался тихим смехом. Его веселила пикантность сложившейся ситуации.

Совладельцы фирмы заказывают друг друга одному и тому же киллеру, через одного и того же посредника да в придачу на одном и том же месте. Прямо водевиль в стиле черного юмора!!! Интересно, как отреагирует хозяин!

В том, что он не откажется и от этого «заказа», бывший диссидент не сомневался. Наемному убийце без разницы, кого ликвидировать. Журналиста занимало другое – кто умрет первым? Хлыстов или Овечкин? В порядке очередности размещения заказа? В зависимости от настроения Попкова? А может, «исполнитель» подбросит монетку: «орел» – Овечкин, «решка» – Хлыстов? Хи-хи-хи!

Игривые размышления Ковальского прервало появление Леонида Александровича, взмыленного, растрепанного, с ошалелыми, шныряющими по сторонам глазами.

– С чем пожаловали, любезный? – постаравшись придать лицу невозмутимое выражение, осведомился «заслуженный правозащитник».

– Вадьку… суку… замочить на хрен, – выпалил запыхавшийся Овечкин.

– Уточните, пожалуйста! – вежливо попросил Сергей Игоревич.

– Х-Х-Хлыстова, мать его! – На губах Леонида Александровича запузырилась сероватая, как у бешеной собаки, пена. – С-с-сколько с-с меня?

– Ждите звонка! – величественно изрек «живой пейджер».

Памятуя о взбучке, полученной утром от хозяина, журналист помчался к Попкову немедленно и, благоразумно воздерживаясь от комментариев, почтительным тоном передал ему предложение Овечкина. Заслушав доклад «заслуженного правозащитника», убийца задумался.