Жестокая реальность (сборник)

Луч солнца освещал его лицо, и было видно, как на скулах двигались желваки.

– Ничего, он живучий! – прошипел Рафик, пнув «орангутанга» ногой.

Тот дернулся, застонал.

– Приходит в себя. – Рафик занес ногу для следующего удара.

– Перестань, он же связанный! – неожиданно заступился я. Рафик удивленно обернулся.

– Что?!

– Я сказал – перестань!

– Какие мы гуманные, – презрительно скривился он, однако отошел в сторону.

Некоторое время все молчали.

– Что у тебя с плечом? – спросил Андрей и, не дожидаясь ответа, подошел ко мне.

Окровавленная рубашка неприятно липла к телу. Двигать рукой было, впрочем, почти не больно.

– Ерунда, лишь слегка задело, но нужно перевязать, – выдал он наконец заключение. – Есть бинт?

– Сейчас принесу. – Рафик вышел из комнаты.

Я чувствовал, что весь дрожу. Кожа покрылась пупырышками озноба. Ноги были тяжелыми, словно налились свинцом.

«Не получается из тебя супермена, – с горечью подумал я, – чуть-чуть задели, а уже трясешься, как мокрая мышь».

Подойдя к столу, я налил себе коньяка и залпом выпил полный стакан. Коньяк попал не в то горло, но когда я откашлялся и перевел дыхание, то почувствовал, что озноб прошел. Вернулся Рафик с бинтом, пузырьком йода и чистой рубашкой.

– Тестевская, – объяснил он, – мои-то тебе малы, но эта, может, налезет.

– И давайте быстрее, ребята, нужно закругляться!

Через десять минут я, перевязанный и переодетый, сидел в кресле, прихлебывал коньяк и наблюдал за событиями, разворачивающимися в комнате.

– Бери вот этого! – Рафик указал Андрею на одного из рэкетиров.

Парень, тот самый, которого я догнал на лестнице, казался сильно испуганным. Губы у него дрожали, а глаза, в которых застыло умоляющее выражение, перебегали с Рафика на Андрея и обратно. Рафик стоял посреди комнаты, широко расставив ноги и поигрывая конфискованным «макаровым».

– Ты, Андрюха, сними рубашку, в крови запачкаешься!

– Слушай, может, его лучше утюгом? Оно быстрее, надежнее.

Я понимал, что ребята блефуют, но мне все равно стало не по себе. К тому же раненое плечо болело все сильнее и меня мутило от смешанного запаха пота, крови и порохового дыма, которым была пропитана вся комната.

– Мужики, да вы чего?! Не надо! Вы чего, мужики?! – заикаясь, забормотал рэкетир, пытаясь отползти в угол.

– Молчи, сука! – бросил ему Рафик и снова обратился к Андрею: – Тащи его в ванную, а то здесь и так все загадили.