Жестокая реальность (сборник)

«Крыша» не должна знать об истинных размерах доходов Игоря Петровича. Да и на хрена она вообще нужна?!

Два года назад, когда Аркашкин только начинал раскручивать свой бизнес, действительно были наезды со стороны некоторых московских группировок. По совету друзей он обратился за помощью к варламовцам. Те быстро навели порядок. Визиты уголовных личностей, сопровождаемые побоями и угрозами, прекратились. В то время Аркашкин платил исправно, прекрасно понимая – бандиты недаром едят свой хлеб. А теперь… Теперь тишь да благодать! Стало быть, и раскошеливаться незачем.

Говорят, жадность ослепляет, лишает разума! Неплохо ориентирующийся в финансовых джунглях Аркашкин одновременно не мог уразуметь своим сквалыжным мыслительным аппа-ратом, что спокойной жизнью он обязан именно «крыше», а также, что братва не позволит поступить с собой, как с памперсом. Использовал да выкинул.

– К вам посетители, Игорь Петрович, – доложила секретарша.

– Я занят, – буркнул бизнесмен, не отрываясь от калькулятора.

– Глохни, чмо болотное! – гаркнул грубый голос.

Отодвинув в сторону секретаршу, в кабинет зашли двое незнакомых мужчин. Один, увешанный золотыми цепями, смерил Аркашкина свирепым взглядом. Другой вынул из-за пазухи пистолет «макаров». Коммерсант затрясся в ознобе.

– Ре-ре-б-бятя… я… я… – залепетал он.

Не вступая в дискуссию, Соколов схватил Игоря Петровича за шиворот, вытащил из-за стола и профессиональным боксерским апперкотом врезал ему по ребрам, затем обеими ладонями по ушам.

В бок Аркашкина будто вонзился раскаленный нож, в голове зазвенели колокола. Белов сунул под нос бизнесмену дуло пистолета.

– Чуешь, чем пахнет? – прорычал он.

– Д-да! П-порохом!

– Нет, мудак! Это смертью твоей пахнет!

Коротким расчетливым движением ствола Александр раскровенил Аркашкину губу. Пусть почувствует вкус крови. (Как нам известно, Белов не отличался жестокостью, однако в нынешней ситуации требовался жесткий психологический прессинг, дабы подавить волю оборзевшего торгаша, нагнать страху.

)

– Кому платишь? – рявкнул Соколов.

– В-ва-варламовским!

– Брешешь, сучий потрох! Мы слышали – ты бесхозный. Поэтому отныне станешь отстегивать нам!

Тут Витя назвал такую астрономическую цифру, что Игорь Петрович едва не лишился чувств.

– Я р-разорюсь, – с трудом выдавил он.

– Твои проблемы, – равнодушно ответил Александр.

– Я под «крышей»!!! – отчаянно взвыл Аркашкин.

– Ну и где она? – насмешливо осведомился Белов.