Полнолуние

Как следует подкрепившись живительным напитком, друзья обрели новые силы и решили пойти прогуляться на свежем воздухе, как вдруг неподалеку от своего номера, куда они хотели зайти, чтобы взять куртки, встретили безутешно рыдающую женщину.

– Что случилось, – спросил Леонтьев, – кто-нибудь обидел?

Женщина попыталась уйти, но сильная рука крепко взяла ее за локоть:

– Не бойся! Говори!

Тогда, сама не зная почему, она выложила, захлебываясь слезами, всю историю.

– Та-а-ак, – зловеще протянул Глеб, – оборзели чурбаны! Ведут себя в России, словно на завоеванной территории! Жди здесь! – бросил он горничной и первым вломился в номер к джигитам.

Осипов с Кручининым, на которых эта история, по правде сказать, не произвела особого впечатления, последовали за ним. Во-первых, из солидарности, во-вторых, от скуки. Действительно, почему не набить морду чурбанам, если все равно делать нечего?

* * *

– Кто вэшайся? Ты что гаварышь? – попробовал возмутиться Мамед, вскакивая на ноги.

При виде трех широкоплечих ребят он слегка струхнул, однако надеялся взять нахрапом. На сей раз Асланов просчитался.

Он не понял, какой удар ему нанесли, но в ту же секунду ноги джигита подкосились, комнату заволокло туманом, и стокилограммовая туша Мамеда с грохотом обрушилась на пол. Следующий удар ногой в лицо надолго погрузил его в пучину беспамятства. Шамиль с Мусой даже не пытались сопротивляться, завороженно глядя в черное дуло «ТТ», который наставил на них презрительно улыбающийся Кручинин.

– Обоссались, чернозадые, – шипел он. – А как бабу на штуку гринов грузить[5 - Заставлять выплачивать.], так орлы?! Сейчас вы нам эту штуку заплатите!

– Пагады, брат… – заискивающе начал Шамиль.

– Брат?! Это говно называет меня братом?! – искренне возмутился Крутой. – Ах ты, чеченская рожа! Бей их, пацаны!

На жителей гор обрушился град безжалостных ударов.

– Мы не чэчэны! Мы дагэстанцы! – захлебываясь кровью и сплевывая осколки зубов, кричал Шамиль.

– Какая разница! – отвечал Осипов, увлеченно пиная его ногами.

Глава 2

Суббота, 7 октября 1995 г.

Пансионат «Лесной». 8 часов утра

Два года назад Алексей Романович Черкасов обратился за помощью к экстрасенсу, поскольку давно страдал широко распространенным в наше время недугом, а именно – крепко пил.