Кровь и Честь (сборник)

Сидевший в машине Куш, кстати, тоже.

– На сегодня все или еще куда-нибудь поедем? – как ни в чем не бывало спросил Данилов Кулебякина.

– Все! Все! Т-только п-проводите меня, п-пожалуйста, до к-квартиры!

Глава 3

Услышав о том, как играючи вырубил Быка барыгин телохранитель, Коржов на несколько секунд потерял дар речи. Он беззвучно хлопал ртом, таращил на подчиненных налитые кровью глаза. Кушаков втихомолку злорадствовал. Бык же, еще не до конца очухавшийся, огромной амебой расползся в кресле, запрокинув назад голову.

– Действительно, опасный тип! – опомнившись, сказал Стас. – Нужно его устранить.

– Пристрелим? – оживился Куш.

– Нет! По крайней мере не сейчас! На карту поставлено слишком много, и нельзя раньше времени поднимать шум вокруг этого дела! Мы поступим иначе. Для начала выясним, кто он такой, где живет, а потом… потом по обстоятельствам! Куш, отмобилизуй пару молодых. Пусть его выследят. Сам не суйся, ты уже засветился. Действуй!!!

Оставшись в одиночестве, Коржов достал из аптечки шприц, наполнил раствором наркотика и вколол в вену.

«Ничего страшного, – словив кайф, подумал он. – Справимся с этой проблемой. Помимо мордобоя есть и другие средства, гораздо более эффективные!»

Данилов заметил за собой слежку почти сразу. Сказалась многолетняя выучка профессионального диверсанта, тем паче что двадцатилетние обормоты действовали на редкость топорно и чуть ли не наступали ему на пятки. Доставив Кулебякина домой, Виктор хотел было оторваться от «хвоста», но потом передумал.

«Пускай выследят, – решил он. – Тогда будет легче выяснить, что тут происходит».

Дома он принял горячий душ и устало растянулся на диване. Денек выдался хлопотный. Кулебякин носился по городу, как собака, которой привязали к хвосту консервную банку. Они успели побывать в самых разнообразных местах – от шикарного офиса преуспевающей фирмы до затрапезного ресторанчика на окраине. Всюду Кулебякин встречался с какими-то людьми, о чем-то беседовал.

Дела у него, похоже, шли не блестяще. К концу дня коммерсант напоминал лицом утопленника, беспрестанно курил, шептал неразборчивые проклятия.

«Где-то этот сукин кот здорово нагадил, – подумал Данилов. – Теперь пытается выкрутиться, да не получается. Эх, дурак я дурак, что с ним связался. Однако придется работать! Слово дано, аванс получен. Твою мать! Вот до чего пьянство доводит! Кстати, о пьянстве, не выпить ли с горя?»

Повод показался подходящим.