Зона преступности. Сборник

– Криминала нет?

– Ты опер, ты и решай.

Чертыхаясь, Попцов двинулся на стройку, перешагивая через пустые и мятые пластиковые бутылки от пива, шприцы и прочий мусор. Внутри воняло дерьмом, было грязно и пыльно. Осмотревшись, Попцов увидел в углу скрючившийся в позе зародыша силуэт.

– У него жгут на руке, а рядом шприц, – поведал Самохин, заходя следом.

– Так передоз голимый, нафига нас вызвали?

– Ээ, нет, Попцов. У каждого своя работа, я свою знаю. А это твоя.

– Урод ты, – охарактеризовал опер коллегу и направился к трупу.

Тот сидел в позе зародыша, поджав к груди колени и уронив на них голову. Рука лежала рядом, на ней выше локтевого сгиба был натянут грязный резиновый жгут. Рядом валялся шприц. Попцов, вздыхая, достал из папки резиновые перчатки и, натянув их, склонился к трупу. Закинул его голову.

Глаза были открыты, Попцов невольно вздрогнул от вонзившегося в него стеклянного взгляда мертвеца. А вглядевшись в лицо, невольно выругался.

– Что? Знаешь его?

– Еще как, – кивнул Попцов мрачно.

 – Мы с Филиным много раз этого придурка дергали… Вот черт… Самохин, тут может быть и не передоз ни фига. Вызывай-ка группу.

Основания у него были веские.

Скрючившимся наркоманом был Клаус.

От больницы до Промышленного ОВД, теперь носившего безликое название ОМВД №3, Филин добрался на такси. Выйдя из машины и расплатившись с водителем, довольно заметил на парковке перед зданием свою машину.

Навстречу Филину выбежал набыченный Басов.

– Дим, спасибо, что тачку мою пригнали.

– В ж… пу твою тачку, – выпалил Басов. – Ты ох… ел? Тебе минимум дня 3—4 еще в больничке валяться надо! Кого из себя строишь? А я в отделе показываться тебе запретил, забыл?

– А я терпила, забыл? – парировал Филин. – Давай бумагу, заяву буду писать.

Басов помялся, сплюнул и кивнул ему на дверь – мол, пошли со мной.

– Есть новости про Клауса? Не нашли его?

– Нашли, – буркнул Басов. – Откинулся твой Клаус.

– Что? – Филин похолодел. – Когда? Где?

– Ничего пока не знаю, Попцов сейчас на месте.

Вернется – доложит.

В кабинете Басова Филин взял бумагу и ручку и принялся составлять заявление. А Басов хмуро сообщал все, что успел узнать о Сватенко.

– У Николая Сватенко погремуха Сват. В городе он не появлялся вроде как четыре года. С тех пор, как с обвинения в мокрухе соскочил. А последние полгода он в розыске.

– Кто объявил?

– Астрахань. Там его считают киллером. По оперданным, якобы работал на одну из местных бригад.