Зона преступности. Сборник

Через секунду оттуда донесся грохот – кто-то из пришельцев ногой двинул по двери в туалет, распахивая ее.

Ждать было нельзя, да Катя и не могла. Едва не обезумев от страха, она выскользнула из-за мусоропровода, просочившись назад, как мышь, и на цыпочках побежала вниз.

Когда Катя вылетела из подъезда, во дворе не было никого. Поскуливая от подстегивающего ее страха, Катя со всех ног пустилась бежать.

Петляя по дворам, Катя начала успокаиваться. Ей удалось убежать. Слава богу, если бы не пыль – она была бы сейчас в руках этой троицы.

– Алло, Леша? – собственный голос показался ей жалким и совсем незнакомым. – Это я. Они нашли меня, слышишь? Помоги.

3

«Помоги». Сказать гораздо легче, чем сделать. Филин был под подозрением, его легальный сотовый наверняка прослушивался, табельный ствол и удостоверение у него отобрали, а на работе в ОВД запретили показываться.

Но быть причиной третьего трупа он не мог.

Филин забрал Катю в том же дворе, откуда она набрала его номер.

– Как они меня нашли? Я никому не звонила!

Мчась к Кате, Филин уже успел все обдумать.

– У Штыка есть свой человек в полиции. Пробить твои номера не так сложно. По новому номеру вычислили, где ты находишься. Так что симку можешь выбросить.

Филин съехал к обочине у растущему из заваленной окурками и прочим мусором покосившейся телефонной будки.

– Звони в полицию, карточка для этого не нужна. Скажи, что в квартиру на Паровозной вломились неизвестные, что ты слышишь крики. Назови номер квартиру, точный адрес, попроси приехать поскорее – и клади трубку.

Кивнув, Катя побежала к будке. Набрала номер полиции. Со своего места, закурив, Филин слышал ее голос. Вернулась она быстро.

– Думаешь, их поймают?

– Отвертятся, – отозвался Филин. – Но нервы им потрепают. А у нас будет хоть какой-то козырь.

– А почему мы не можем поехать в полицию и сказать, что вот, они пришли ко мне? Чтобы их точно упекли?

– Сомневаюсь, что у них автоматы «Узи» под мышкой, – хмуро буркнул Филин. – А просто прийти куда-то и зайти в открытую дверь, где никого нет, это не преступление. Штык будет клясться и божиться, что он решил проведать тебя и узнать, почему ты так нехорошо его оговорила.

Катя едва не взвыла.

– И что делать? Куда мы едем?

– Ко мне.