Убойная линия. Крутые меры

Один экипаж ППС, фургон «дежурной части» из местного ОВД «Полехино», труповозка. И в качестве вишенки на торте – самая дорогая тачка – матовый и весь из себя солидный темный фургон с красной полосой на боку. На полосе было выведено «Следственный комитет».

У двери подъезда с патрульным, который то ли охранял вход (зачем?), то ли просто слонялся без дела (скорее всего), стоял мой знакомый опер из «Полехино». Артемов. Он тоже сразу заметил меня и шагнул навстречу.

– Здорова. А шеф уже сказал, что убойщики нам не нужны.

Сами типа справимся.

Ну еще бы. Я усмехнулся:

– ППСники клиента взяли по горячим чуть ли не на месте преступления, вот он и копытом бьет. В сводку хочет проскочить, а славой с городом делиться не хочет.

– Ну так, каждый за себя.

– Да уж. – я кивнул на фургон СК. – Комитет здесь еще? Кто от них?

– Можаева, – ответил Артемов и расплылся в ухмылке, увидев, как изменилось мое лицо: – Ага. Повезло тебе.

Можаева. Бабе под 40. Внешне она сохранилась вполне себе ничего, а вот внутри все гораздо хуже.

Короче, если между нами, мымра и сука. В городском отделе СК следаков не так много, как и в городском убойном – оперов, и все мы друг с другом, конечно, давно знакомы. И вот что я вам скажу – здесь я бы предпочел увидеть кого угодно, но не Можаеву. А это о чем-то, да говорит, верно?

Когда я поднялся в квартиру, там все еще кипела работа. Ну, как кипела – если продолжать выражаться кулинарными терминами, то, скорее, тушилась на медленном огне. Один криминалист, насвистывая что-то, работал по отпечаткам.

Опер, фамилию которого я подзабыл, лениво шарил на полках. Можаева собственной персоной восседала на табуретке в центре комнаты и заполняла протокол.

– Всем привет.

– Силин, – мы с Можаевой относились друг к другу примерно одинаково, поэтому щенячьего восторга в ее голосе никто не заметил, – Какими судьбами?

– Как его замочили? Ножевое?

Можаева поколебалась, явно гадая, стоит ли посылать меня сразу или для начала можно поиграть в приличных людей.

– Огнестрел. Два в упор. Ствола нет.

На голоса из кухни вышел кто-то еще. Я повернул голову и узнал Иванюка. Еще один сукин сын из числа моих коллег. Майор полиции. Начальник уголовного розыска ОВД «Полехино». Это его слова цитировал Артемов. Обычно Иванюк вел себя со мной в рамках приличий – конечно, он и целый майор, и целый нач угро, но я все-таки из главка. Обычно – но не сегодня. Сегодня Иванюк явно заподозрил, что у него из-под носа пытаются увести добычу.