Бансу

Однако по поводу одежды (как и по поводу весьма небольшого росточка) нисколько не комплексовала. Ко всем прочим своим достоинствам была она чересчур независима: могла послать «по матушке» даже старшего по званию, если на то находилась веская причина. Подобное непочтение старшие, как правило, пропускали мимо ушей. Скорее всего, днюя и ночуя возле своего Ш-2, женщина отвлекалась от мыслей о муже и, опекая «старушку», хоть как-то успокаивалась. «Марь Ивановне» это шло только на пользу – в итоге гидроплан постоянно был на ходу, и, что самое главное, на скромный самолетик в любое время могло рассчитывать начальство, хотя бдительная церберша не раз предупреждала: мотор на износе и в любой момент может гикнуться.

V

– Две канистры бензина, – загибая пальцы, сразу принялся перечислять техник, узнав о причине своего вызова, – а также кусок брезента, ведро, два куска мыла, одеяла – желательно штук пять-шесть…

– Ведро тебе зачем? – вскинулся Мишин.

– А куда в полете прикажете справлять естественные надобности? – не моргнув глазом спросила Людмила. – Писать, простите, куда, если приспичит? Да не смотрите на меня так, товарищ подполковник: я, если что, отвернусь. И мужчина отвернется…

– В данном случае – мужчины. С вами полетит еще один пассажир, – сказал Мишин, кивнув на мрачного майора.

– Некуда запихнуть вашего пассажира, – нагло, снизу-вверх ответила маленькая Богдановна.

– Люда, это даже не обсуждается.

– Куда его сунуть? – без всякого почтения к стоявшему рядом с Чиваркиным особисту спрашивала ершистая Людмила.

– Сунете! – отрезал подполковник. – Хоть на крыло сажайте. Разговор окончен. Давай дуй на склад, возьми самое необходимое по моему особому распоряжению.

– Товарищ подполковник, распорядитесь, пожалуйста, насчет бинокля, – жалобно напомнил Чиваркин. – Желательно морского, если в наличии. А лучше – двух, раз полетим втроем.

– Морские, Вася, я тебе вряд ли найду. Артиллерийские попробую… Людмила, загляни-ка к ребятам на вышку.

Прошло еще какое-то время. Мишин исчез.