Несуществующий обыватель

 – Задолбали вы меня! Спился я с вами да зарплату профукал, – и все продолжал вытирать носок газетой. – «Давай еще, Олег! Что ты как неродной, Олег!» Вот ты! Да, да, ты! Ты вообще кто? – махнул на мужика газетой, которой вытирал мокрую ткань, а оттуда вылетели кости рыбы. Бл… Зараза!

– Шо-о, я кто такой? – один из мужиков, что сидели у меня на квартире, принял на грудь пущенные кости. Приняв это за оскорбление чести и достоинства, мужик попытался привстать. – Да ты знаешь, кто я такой?! – причитал он мне, пока старался разобраться, где правая нога, а где левая.

– Понятно всё, – я бросил газету с рыбой на пол и указал на дверь. – Авкадий, бери этих мурзиков… – провел рукой по нынешней компании, – и валите по домам. Завтра на работе увидимся, – снова попытался прийти в себя, разминая мышцы лица ладонью, но поздно пришло озарение, что это та самая рука, которой вытирал вонючей газетой непонятную жидкость. Резко убрав ладонь от лица, поморщился и начал судорожно вытираться второй рукой, но получилось только всё размазать.

Авкадий, еле сдерживая смех, потому что был почти трезвым, кивнул мне, держа кулак возле рта. Пытался скрыть улыбку, но я-то вижу. Ладно, уйдут и помоюсь нормально.

– Ладно, Олег. Ты только не злись на него, – указал он на существо, что не определилось со своими ногами. Да как злиться на такого? – Не со зла. Синька в голову ударила. С кем не бывает? Уходим мы, – и похлопав меня по плечу, поднял "мясо" за руку, и потащил на выход.

В квартире, которая досталась мне от почившей матушки, поднимались с нагретых мест остальные алкоголики-тунеядцы и шли в дверной проём на выход.

Пришлось почти всё имущество продать, чтобы хоть как-то жить. Так что остался я в комнате один с матрасом. Другой мебельной утвари не было. А синька, которую пила вся страна и из-за которой у меня личная жизнь не складывалась, была дешевле бутыли молока с буханкой хлеба. Была еще подачка в виде рыбы, которую раздавали раз в месяц на заводе.

Наконец стукнул засов, и я понял, что остался один. Сняв носки и выкинув в ту же кучу, где лежала газета с рыбой, пошёл в ванну. Помыв лицо и ноги, вышел обратно.

В голову пришла прекрасная мысль – убраться. Выкинуть весь мусор и помыть полы.