Четыре стороны любви

Я тряхнул головой, отгоняя это наваждение и сунув фотографию в карман, поспешил на улицу. Светило яркое солнце и ничего вокруг не предвещало тех перемен, которые последовали за мной буквально в следующие минуты.

Глава 2

Переходя через дорогу и направляясь в своему Мустангу GT 500, я и не заметил, как из-за поворота выскочил какой-то сумасшедший хипстер на самокате и на всей скорости врезался в меня. Его электро-мыльница со скрежетом отлетела в сторону, чуть не задев моего красавца, припаркованного неподалеку.

Я едва успел подхватить бедолагу и с силой встряхнул его.

– Смотри куда прешь… Глаза разуй! – от неожиданности выкрикнул я ему по-русски.

Парень сидел на асфальте, ошалело озираясь вокруг и потирал ушибленное колено. Мне стало вдруг жаль сорванца, которому на вид не было и 15 лет.

Я протянул ему руку, помогая подняться. И тогда я увидел на его запястье похожий символ, такой же как на картине. И едва его ладонь коснулась моей, движение и звуки вокруг остановились.

Он был напуган и в то же время очень удивлен. Я точно услышал его слова, хотя он даже не успел и рта открыть.

– И ты тоже такой! – вонзились в мою голову его мысли.

Внезапно все оборвалось, и улица снова наполнилась шумом и звуками.

– Ты что-то сказал, парень? – спросил я, помогая ему подняться. Но он только лишь замотал головой и быстро схватив свой самокат, поспешил сделать ноги.

– Странно все это … – подумалось мне.

Я смотрел, как он, испуганно оглядываясь, уезжает вдаль и пожав плечами пошел к своей машине.

Мой красавец Мустанг, взревев всей своей мощью, покорно лег на курс, и я отправился домой, обдумывая произошедшее. Я тогда еще не понимал, была ли эта встреча случайностью или сами звезды сошлись тогда, указывая мне свой путь. Я ехал и все мои мысли были о том символе, который я увидел на руке этого парня. Снова тот же треугольник, но уже не перевернутый, как на картине мадам Де Лафье.

Ладно, подумал я, разберусь позже… чертовщина какая-то!

В тот вечер я больше не вспоминал об этом случае.

Я сидел в мягком удобном кресле в своем пентхаусе на Ковент-Гарден и просто смотрел сквозь большое окно куда-то вдаль, в черное как смоль бездонное небо, на миллиарды мерцающих звезд.