Сен. Книга четвертая. Безумие Сена

– Хорошо, – Император допил кофе и отставил чашку в сторону, – примем за основную теорию то, что Уральский жив. Но в данный момент все твои, – лёгкий кивок на Герца, – учёные ничего не могут толком сказать и тем более сделать. Я правильно изложил ситуацию?

– В общих чертах, да, – согласно склонил голову Герц.

– Тогда у нас нет другого выхода, как подключить ваших, как их… – Император пощёлкал пальцами, вспоминая слово, – …ах да, жнецов. Подключайте жнецов.

Графы переглянулись, но не смогли найти возражений.

Ситуация с Алексеем действительно слишком затянулась.

– Я немедленно отдам распоряжения, – проронил Герц и его глаза остекленели – верный признак работы с коммуникатором на мыслеинтерфейсе.

– Что ж, – негромко произнёс Император, с грустью смотря на чашку из-под кофе, – теперь пора приступать к работе. Граф, – обратился он к Андрееву, – расскажите мне о ситуации в северных провинциях. У меня сложилось впечатление, что местные бюрократы совсем зарвались.

{Российская Империя, базовый комплекс «Крыла Исследований и Инноваций» корпорации «Ардер», закрытые уровни для особо перспективных направлений}

Тяжелое шестнадцатиколесное шасси с погруженной на него капсулой регенератора, медленно выезжало из грузового лифта.

– Хм, новая задачка, – усмехнулся высокий худощавый мужчина, который сидел около дверей. – Надеюсь, в этот раз она будет интересней, чем в прошлый.

Выглядел мужчина, по меньшей мере, странно: абсолютно лысый череп; вместо глаз – чёрные имплантаты расширенного восприятия реальности; всё лицо покрыто множеством шрамов самого разного вида; из одежды – синяя роба, очень похожая на те, которые любят носить техники, только вся увешенная различными приборами и инструментами, в том числе довольно угрожающего вида.

И венчала всё это великолепие мастерски исполненная татуировка ромашки на затылке.

В общем, если бы кто-нибудь мог увидеть этого мужчину, то он бы сильно удивился его внешнему виду. Вот только никого живого в сектор жнецов не допускали.

Во-первых, людям было очень тяжело находиться с ними поблизости, а во-вторых, небезопасно. Жнецы с трудом переваривали общение с кем-то не подобным себе и обычно минуты через три-четыре пытались препарировать собеседника.

Поэтому всё общение с ними происходило через удалённые коммуникации, закрытые мощными межсетевыми экранами, которые в обязательном порядке искажали поток информации от жнецов к внешним секторам.