Шанс. Оптимистическая повесть-комедия о футболе

Мужчина остановил его, налил до краёв водки из большой бутылки. Выпил и начал рыдать.

Вскоре в комнате стало темно.

Практически в те же самые минуты на другом конце города, в дежурном служебном помещении, перед портативным телевизором, расположенным на крашеной деревянной тумбочке, стоял на коленях уже другой, гораздо более лысый мужчина в мятой форме вневедомственной охраны. Лица мужчины, который судорожно держался за старинную комнатную антенну, не было видно, но чувствовалось, что он неимоверно нервен и напряжён.

Только что показывали футбол. Матч закончился. Метался ещё по стенам, инструкциям и сложным пультам сигнализации телевизионный отблеск далёкого зелёного поля, продолжал по инерции мрачно убеждать зрителей голос спортивного комментатора:

– Наверное, и в этот раз нам не хватило концентрации, какой-то удачи. Чемпионат мира для нашей сборной на этом закончился. Катастрофа!

Мужчина-охранник тяжело поднялся с колен, напоследок, не имея возможности стыдиться кого-либо, решился тонко заплакать, но вскоре насухо вытер глаза почти военным рукавом.

Через раскачивающуюся под потолком верёвочную петлю мерцал экран телевизора. Комментатор внутри него траурно продолжал:

– Как будто на этом закончилась вся наша жизнь! Что ж ты, Капелло?! Как же так?

И наступила темнота.

А за пределами промышленного города, в большой гостиной неприлично просторного особняка, на фоне огромного экрана плазменного телевизора в эти же самые мгновения замер уверенный, коротко стриженный мужской силуэт.

Человек окаменел.

Только что транслировали футбольный матч, который, судя по судорожным движениям мощных кулаков этого телезрителя, закончился трагедией.

И отсюда, из стабильной тишины обеспеченных судеб, через открытую балконную дверь в окружающий сосновый мир доносился всё тот же телевизионный, избыточно патетический голос:

– …Ну не можем мы никак в нужную минуту собраться! Интриги, капризы, тайны, огромные деньги! Не укладывается в голове тот факт, что всего лишь один наш футболист стоит столько, сколько вся южнокорейская сборная.

Глухо, по-таёжному, мужчина начал рычать. Затем он медленно поднял к экрану телевизора руку с блестящим пистолетом. В неверном электронном свете прояснились на волосатых пальцах многочисленные крупные перстни, а на тренированном запястье – толстый золотой браслет.

Раздался грохот выстрела, мгновенно – звон стекла.