Выбор моей реальности. Том 1

А вот заклинаний третьего уровня следует опасаться. Хорошо, что на первом этапе их нельзя использовать против игроков. Но против твоих подданных – подобный официальный запрет от администратора пока не поступал.

Получается, если на мой город нападёт игрок, убить его я не имею права. Он же может уничтожить двадцать тысяч моих подданных, и тогда я проиграю первый этап. Необходимо каким-то образом срочно связаться с администратором и получить у него объяснения. Ещё надо разобраться, откуда у меня лишних двадцать тысяч монет – первоначально был обещан только один миллион.

Краткий вывод, который я для себя сделал из изучения жизненно важной информации. Всё, что куплю в личном магазине, пропадёт или потеряет функциональность, если я умру. Значит, все маги, которых я инициировал, будут ими только в том случае, пока я живой.

Одна из самых важных единиц – кристалл эфирной энергии на десять единиц за одну тысячу монет. Другая важная единица – монета развития, на неё покупаем все товары и свитки.

Техно- и биомодификации тела, а также технологии пока недоступны. Ориентировочно, они будут активированы после первого этапа игры, когда лимит накопленных монет развития достигнет отметки более двух миллионов.

Свободные свитки и кристаллы для «независимых» магов будут найдены в кладах и тайниках или их можно отвоевать в качестве трофея при атаках монстров.

Монстры объявятся через десять лет с началом второго этапа. Когда появятся тайники с кладами – неизвестно.

Цель моей игры – развитие, захват или подчинение поселения с двадцатью тысячами подданных.

Очки личного усиления решил пока не использовать – для начала нужно с магией разобраться. Купил по два кристалла активации магии и энергии Киру и себе.

Приобрёл скатерть-самобранку, свиток первого уровня магического исцеления и регенерации. Рядом увидел бытовой свиток умения: знания человеческой анатомии и оказание первой помощи без применения магии.

Глава 27. Пень Дэхо, Cucaracha и Huesos

Вышел из интерфейса и огляделся. Дедок перестал молиться, и, уставившись перед собой в одну точку, неподвижно сидел, облокотившись на оборванную сумку из кожи.