Выбор моей реальности. Том 1

Айкидо мне пригодилось единственный раз, когда я в четвёртый класс перешёл. И только потому, что противники не ожидали от меня сопротивления.

Короче, 31 августа в родительский чат в вотсапе пришёл приказ от мамы Валика – председательницы родкомитета:

«Девочки, завтра 1 сентября, и вы все должны срочно сдать по три тысячи детям на шарики и на подарок нашей любимой Марине Ермолаевне! Родком будет дарить ей сертификат в ювелирный магазин, МЕ очень хотела золото. Деньги всем скидывать на мою карту, а затем обязательно мне отписаться, кто и сколько.

Фазер начал возбухать, типа «а наглая морда Марины Ермолаевны от такого количества золота не треснет? Может, нам ещё скинуться ей на шубу из голубого песца?», а мама – обзывать эту шайку вымогателей «коллекторами–побирушками» и вздыхать: «Какие должники с прошлого года? Мы у этого родкома деньги не занимали, чтобы у них в должниках ходить! Как же меня достали эти хабалки–домкомовки со своими постоянными поборами, выслуживаниями, расшаркиваниями, списками и отписками!»

Но, чтоб сыночка–четвероклассника учителя с завучами не загнобили и за неуплату «благотворительных взносов» исподтишка мстить не начали, а дружные одноклассники вместе с их мамашами–домкомовками меня не зачморили и не приклеили стрёмное погонялово «нищеброд», предки, скрипя зубами, выдали мне 1 сентября три тысячи рублей передать Валику «лично в руки».

По дороге в школу со мной пересеклись два урода на год старше и потребовали, чтобы я зашёл в «Пятёрочку» и спёр для них шоколадки в честь любимого школьного праздничка. Я послал их на хер, тогда один из них попытался схватить меня за руку, а другой – обойти сзади и снять мой рюкзачок, в котором и лежало баблишко на золотишко нашей оборзевшей училке.

Тут-то в первый и последний раз мне пригодилось айкидо и ирими наге – неплохой приёмчик, в результате которого, если сделать его правильно и рассчитать силу, противник валится на спину и ударяется своей тупорылой башкой прямо об асфальт.

Короче, родительский бюджет я сохранил и передал «добровольную дань» Валику, а на следующий день на белом свитере, плотно облегающем живот Марины Ермолаевны, красовалась новая толстая золотая цепочка.

Глава 11.