С.нежное сердце. Книга первая из четырёх

Слышен телевизор, идёт какая-то передача про женское здоровье. Сглотнув, Роман сперва хотел войти бодро… но задумался и решил не спешить. Ступая тихо, немного вразвалочку, он появился на кухне, как появляется туман – неслышно и чуть-чуть загадочно.

В жёлтом с рисунком утёнка переднике у плиты хлопочет жена. Волосы цвета горького шоколада завиваются ниже плеч. У неё худое, но не слишком, очень красивое модельное лицо. Тонкая лебединая шея и стройная фигура с выделяющимися острыми локтями и коленками.

Ах, да – и ещё у неё прадедушка был дворянином. Там какая-то с ним связана мутная история, но главное – да, действительно был. И Таня, хоть почти никогда об этом не говорит, но даже когда спит, вид у неё такой, будто она помнит об этом, и соответствующе держит себя.

Татьяна обернулась, кинула взгляд на мужа… и продолжила хлопотать.

– Уже скоро. – Она подняла крышку сковородки, откуда тут же столбом запарило. – Потерпи ещё пять минут.

Роман осмотрел женщину, мать своей дочери, ничуть с того далёкого теперь дня знакомства не поплохевшую.

Оглядел её фигуру, задержал взгляд на попе… и приблизился.

– Ну чего ты делаешь?.. – Таня вывернулась из его рук очень ловко, с опытом. – Ты же видишь, что я готовлю!

– Да просто я люблю тебя! – Роман попытался поцеловать жену в шею, но и это не получилось. – Могу я жену свою любить? Или не могу?..

Таня не ответила, лишь сосредоточилась на духовке, в которой, судя по запаху, томится курица. Роман еле слышно вздохнул и уселся за стол, прямо под телевизором, вещающим с подставки на стене.

Минут пять они занимались каждый своим – Таня колдовала с едой, Роман терпеливо переносил подробности о менструальном периоде, о менопаузе и что-то про ВКО. Они молчали.

– Ма-а-ам! Ну скоро там?! – В дверном проёме возникла Настя. – У меня уже скоро кит в животе запоёт!

– Наберись терпения. – Таня открыла духовку, надела варежки и потянула поднос с курицей на себя. – И сходи уже помой руки.

Что-то я не видела, чтобы ты делала это.

С громким вздохом дочь исчезла, но вскоре вернулась и уселась за стол, сверкая влажными и белыми, пахнущими мылом пальчиками.

– Так, народ, посторонись… – Таня стала переносить посуду с яствами на стол. Воздух в кухне сразу стал жарче, а запахи заманчивее. – Рома, помоги мне поставить. Ага, спасибо.

В две минуты стол нагрузился кушаньем. Прожаренная до золотистой корочки картошка кусочками.