Семья и стая

Всматриваясь в лица идущих навстречу людей, журналист поймал себя на мысли, что испытывает почти такой же мандраж, как и на первом свидании, когда он поджидал свою девушку, пряча за спиной алую розу. Столько лет прошло, столько всего приключилось, уже и седина на висках начала пробиваться, а на макушке от былой шевелюры осталась жиденькая рощица, а ощущения ровно те же самые! То ли в детство впал, то ли на старости лет снова влюбиться надумал. Нашел время!

Впереди мелькнули знакомые черты, и Евгений, отбросив прочь все сомнения и рефлексию, бросился Оксане навстречу, немедленно заключив ее в объятья.

– Привет, писака! – Николай выглядел немного обиженным, как будто тоже рассчитывал на свою порцию нежностей, но просчитался.

– Привет, гуляка!

– М-м-м-ф! – только и смогла промычать Оксана.

Евгений с неохотой отпустил ее и отстранил от себя, подвергнув критическому осмотру.

Черные джинсы, туфли-лодочки, светло-бежевая кофта, поверх которой была накинута тоже джинсовая, но почему-то синяя жилетка – положа руку на сердце, выглядела Оксана в подобном наряде откровенно странно.

– Ну да, – горестно вздохнула она, увидев, как нахмурился Евгений, – у Коли наблюдаются определенные проблемы со вкусом, ничего не поделаешь.

– Я не глядя схватил то, что лежало сверху и помчался в аэропорт! – вполне справедливо возмутился парень. – И так в самый последний момент на борт запрыгнул.

– Что? – непонимающе затряс головой журналист. – Да я и внимания-то не обратил, если честно, я больше о другом переживал.

– О чем же? – Оксана взяла его под руку, и они направились к выходу из терминала. Коля, поправив рюкзак на плече, побрел следом.

– Мало кому удается выбраться из такой серьезной аварии без травм. Я уже был готов увидеть тебя всю в окровавленных бинтах, гипсе и пластыре, представлял себе всякое, а ты – как новенькая!

– Во многом нас спасло то, что у Руслана машина бронированная. Любую другую смяло бы как пивную банку.

– Но его самого броня почему-то не спасла.

– Камни ударили в левый борт, прямо в водительскую дверь, и прогнули ее. От такого, знаешь ли, никакая броня не защитит, – Оксана поежилась. – Ему голень перебило, да так, что кости наружу вылезли. То еще зрелище, доложу я тебе.

Евгению стоило определенного труда удержаться от едкого и злорадного комментария на сей счет. Определенные рамки приличий все же стоило соблюдать.

– А ты сама, похоже, даже не поцарапалась.