Легенда Хэнсинга

–У Костяного Лося что ли? –Я перехватил руку карманника, попытавшегося на ходу залезть в один из карманов моего плаща, и по привычке сломал ему большой палец.

Вокруг нас тут же образовалось свободное от воришек пространство. Допускать кого-нибудь в карманы с патронами я не собирался. У меня их и так немного. Десяток с картечью и десяток обычных. Плюс еще два в стволе.

–Все-то ты знаешь. –Пробормотал Фильх, закуривая на ходу трубку.

–Так неподалеку больше негде. –Я пожал плечами, отмахиваясь от едких клубов дыма.

Фильх заметил это и обошел меня с другой стороны, чтобы табачный дым шел в другую от меня сторону. Его волосы соломенного цвета сегодня были перетянуты красной лентой на манер лошадиного хвоста.

–Ты пострижешься уже или нет? –Раздраженно пробормотал я себе под нос.

–Тебя просто бесит, что у тебя волосы постоянно торчком стоят, если отрастают больше двух сантиметров. –Засмеялся Фильх.

–Нет, меня бесит, что ты все время носишься со своими патлами, как с каким-то сокровищем. –Я слегка улыбнулся.

Раз за разом у нас один и тот же разговор, который никогда не надоедает. Каждый раз мы начинаем перечислять недостатки друг друга, хотя и так прекрасно понимаем в чем они заключаются.

–Слушай, Леррой, -Обратился ко мне Фильх, -А сколько мы с тобой знакомы?

–Лет пятнадцать, не больше. –Ответил я, чуть подумав.

–Ты ведь уже тогда был обращенным, так? –Фильх сделал затяжку и резко вытряхнул пепел из трубки, -Сколько тебе было на момент нашей первой встречи?

–Пять лет.

Фильх сноровисто обернул трубку в непромокаемую ткань и запихал ее в нагрудный карман.

–Вот насколько я знаю, обращенных в таком возрасте не бывает. Лет с восьми это становится возможным. Но в более раннем возрасте смертность сто процентов. –Задумчиво проговорил Фильх.

–А ты во сколько обратился? –Спросил я.

–Сам же знаешь, смелости только к двенадцати годам набрался.

–Да уж, знаю.

Логово Костяного Лося, как и всегда, снаружи было похоже на обычный ломбард. Стражники и не догадывались, что обычно в темных и глубоких подвалах этого строения происходили многочисленные и, как правило, незаконные сделки. Такую собирались провернуть и мы. Впрочем, как обычно. Мы с Фильхом вошли в лавку, которая служила прикрытием и поздоровались с продавцом. Он окинул нас ленивым, но внимательным взглядом и молча указал на дверь у себя за спиной.