Страна овец

– А что в этом такого?

– Кретин! – хлесткая оплеуха швырнула меня на доски пола, – тебе что, жить надоело!? Я сколько раз тебе объяснял: даже не приближайся к Ним, ни в коем случае не заговаривай и не смотри Им в глаза! Или ты совсем тупой!? Хочешь, чтобы и тебе мозги вычистили и память стерли!? – отец добавил еще пару выражений, которые мне слышать не полагалось.

– Но я же не знал, что она – Пустышка! – попытался оправдаться я, – я только потом разглядел…

Отец шагнул вперед и, наклонившись, снова стиснул мою шею, пристально всматриваясь мне в лицо.

– Что случилось? – услыхав шум, на веранду выглянула мать.

– К нам в город Пустышка пожаловала, – объяснил отец, чуть ли не с омерзением отдернув от меня руку, – и этот остолоп уже успел с ней где-то пообщаться!

Негромко охнув, мать привалилась к дверному косяку.

– Что же теперь будет? – дрожащим голосом спросила она, с трудом удерживаясь от того, чтобы не скатиться в панику.

– С этим балбесом уже ничего не поделаешь, – отец снял с вешалки куртку и направился к выходу, – будем надеяться, что у него в голове кости больше, чем мозгов.

– Ты куда собрался?

– На рынок, куда же еще! Я не допущу, чтобы такие перепрограммированные недочеловеки свободно расхаживали по моему городу!

– Это же опасно! – мать попыталась уцепиться за руку отца, но тот вывернулся и сбежал по ступеням крыльца.

– Или мы остановим их сейчас, или завтра ты столкнешься с ними на пороге собственного дома.

Мне, знаешь ли, и бойни в Иглинске хватило, я не хочу, чтобы подобное повторилось и здесь, – отец зашагал по тропинке, ведущей к задней калитке, но не выдержал и побежал.

Воспользовавшись моментом, я метнулся к окну, вскочил на подоконник и был таков.

Не желая сталкиваться с отцом, я отправился окольным путем через соседские огороды и дальше, по краю заросшего ивняком оврага. В Кемарово, почти как в древнем Риме, все дороги вели к рынку, который являлся фактическим центром города.

Догадайся я тогда взять велосипед – успел бы к месту событий раньше отца, а так… Впрочем, он тоже прибежал на площадь, когда события уже неслись галопом и дополнительных понуканий не требовалось.

Я еще издалека увидел, что в торговых рядах творится что-то неладное. Места за прилавками пустовали – побросав торговлю (что было совершенно немыслимо), и продавцы и покупатели сгрудились у дальнего конца рынка, откуда доносились разноголосые выкрики.