Павлин – птица гордая

– Ты это о чём?

– Помнишь девушку в поезде, которой стало плохо. Я ещё тогда подумал, что с проводницей что-то не так. А потом, когда мы сидели у этого Жака, я вспомнил про странный «сахар», который она навязывала. И, когда мы как бы медитировали с закрытыми глазами, я подсыпал этот сахар ему в виски.

– Так вот что это был за звук… Я-то подумал, что это мыши… Стоп, что?! Ты подсыпал ему отраву? Ты как до этого додумался?

– Во – первых, мы не знаем точно, отрава ли это, во-вторых, он отказался помочь Кате, да и ты сам не очень хорошо о нём отзывался.

– Ты с ума сошёл?! Ты что наделал?! – вскричал Александр – иди спасать его!

– Если он не заслуживает смерти, то не умрёт.

– Простите, О Вершитель Судеб, тогда вам тоже нечего бояться, – сказал Александр, желая ударить Дмитрия зонтом по ноге. Отравитель быстро отреагировал и сделал шаг назад, но, запнувшись, упал. Вставая, он почувствовал в ноге сильную боль: он подвернул её при падении.

– Ну, спасибо, – процедил Дмитрий сквозь зубы.

– Прости, я не хотел. – Александр почувствовал свою неправоту, – вот, возьми, – молодой человек, пытаясь улыбнуться, протянул товарищу зонт, – теперь полуметровая палка может использоваться по назначению.

В этот момент в доме раздался громкий хлопок.

– Ты это слышал? – спросил Александр.

– Это… выстрел? – ответил вопросом на вопрос хромой молодой человек с непонятной радостью в голосе.

Товарищи решили вернуться и разобраться в произошедшем.

Они вошли в зал, где последний раз видели Жака: всё так же был стол, рядом с которым стоял мольберт с незаконченной картиной, но самого художника видно не было.

– Похоже, ему было не суждено быть отравленным мною, но жизнь ему надоела, по нему было видно, – сказал Дмитрий

– А, может, его жизнь надоела не ему, – сказал Александр, перешагивая через труп, – смотри, – парень показывал хромому товарищу на край мольберта, – похоже, он умер не сам.

Саша решил провести эксперимент: он встал в предполагаемое место Жака, немного присел, чтобы стать с ним одного роста, и начал вести воображаемую линию от лба к краю мольберта, и, обойдя Дмитрия, продолжил предполагаемую траекторию до книжного шкафа. Осмотрев вокруг, молодой человек увидел дыру в одной из книг. Это была главная книга какой-то религии.