Выбор ведьмы

– Не было бы уже вашего Великого, если бы вот она… – Тат ткнул пальцем в Ирку, – не явилась из своего мира! Великий он только для таких вот пришлых человечек, как ты, думающих, что благоволение Владычицы делает их равными истинным сыновьям Владычицы! – прошипел он.

– Куда уж мне! Мой уровень – не выше хвоста, – совсем не униженно, скорее ехидно усмехнулась Криза. – Как раз клизму ведерную обожравшемуся истинному сыну ставить удобно.

Тат глухо зарычал:

– Убирайся отсюда, Иппокризия! – мучительно стараясь не краснеть и не коситься на Ирку, прохрипел он.

– У тебя гребень съехал, мальчик! – возмутилась та. – Я еще не сошла с ума, чтоб оставить гостью Пещер наедине с троицей неблагонадежных драконов!

Подсунуть в кубок удельницу – духа, дающего другой удел в жизни, – это вроде как ничего: чисто теоретически удельница не обязательно меняет судьбу к худшему, хотя об осчастливленных ею почему-то никто не слышал. Все больше об искалеченных, изуродованных или хотя бы просто невезучих.

– Мы не хотим госпоже ведьме вреда, – вмешался Шен. – Нам просто надо поговорить.

– А даже если бы хотели – как, по-твоему, ты могла бы нам помешать? Сейчас? – с издевательской улыбкой напомнил Тат. – До утра ты то, что есть на самом деле, – ничтожная человечка!

– Кризу какая-то из ваших богинь… вроде как Диана, прокляла, – неожиданно прояснил Ирке Елеафам.

– Что ты с этой ведьмой разговариваешь! – истерично рявкнул Тат.

– Мы ж вроде поговорить пришли? – хмуро буркнул в ответ рыжий.

– О деле! А не… старые сплетни пересказывать! Будто вы с ней приятели! – заорал Тат. – А ты… – он снова повернулся к Кризе. – Если сейчас же не уберешься отсюда, клянусь Владычицей, я рано или поздно подговорю кого-нибудь из человеческой дружины… и пусть он тебя наконец поцелует! И вали обратно в свой человеческий мир подыхать! И плевать, что Матушка скажет!

– Не в первый раз тебе плевать, нафика коссе бойя![11 - Тата послали… в то место где темно и невкусно пахнет (древнегреч.

Ирка тяжко вздохнула: ну почему она должна всех понимать и выручать, даже полудраконшу Кризу, только что пытавшуюся устроить ей истинно змейскую гадость.

– Не беспокойся, ничего они мне не сделают, – негромко сказала она.