Спасти дракона

Показалось Таньке или старушонка и впрямь удовлетворенно кивнула?

– И такая несчастная, ай-ай! Отец невесть где, мать бросила… Такая замечательная девочка – и даже собственным родителям не нужна! – Уголки губ старушонки печально обвисли, как развязанные шнурки кроссовок. А прицельные глазки так и постреливали в сторону ребят. Отсутствие реакции, кажется, старушонку смутило – пауза затягивалась.

– Что ж мы на крыльце стоим?! – спохватилась старушонка. – В дом-то проходите! Мальчик! Притулился там, с краешку, я тебя и не заметила! Девочки тебя, наверное, тоже не замечают, да? – сочувственно поглядела на Богдана старушонка.

За спиной у Богдана сдавленно хихикнула Катерина и откровенно, в голос, расхохоталась Марина. Богдан бросил быстрый взгляд на Таньку и торопливо отвернулся. Щеки и лоб его заливал горячий румянец то ли гнева… то ли стыда.

– Ой прыщики-то как видны! Ты не волнуйся, они сойдут скоро, лет через пять-шесть будешь парень хоть куда! – утешила его напоследок старушонка. – Правда, бабулечка?

– Хоть ты его ешь! – густым басом подтвердила бабка.

– Есть не будем! – строго напомнила старушонка.

– Я извиняюсь, а вы, гражданочка, кто такая? – опомнился Ментовский Вовкулака.

– Я-то? – удивилась старушонка. – А я… вроде как кума! Точно, кума и есть!

– А документики ваши посмотреть можно? – вкрадчиво поинтересовался Вовкулака.

– Чтоб такой мужчина, в таких чинах, самолично у какой-то старухи документы проверял! – Старушонка-кума звучно всплеснула руками. – Не ценят вас, не понимают. Сынки всяких начальничков поперед всех в генералы выбиваются, а честный служака по десять лет в каждом звании сидит – ни продвижения, ни зарплаты! Так, глядишь, скоро участковым на рынок отправят, гопоту от прилавков гонять!

Ментовский Вовкулака насупился.

– Что ж вы не проходите? – кума распахнула дверь и пошла к кухне, повиливая костистым задом, туго обтянутым пестрым сарафаном старинного кроя. Танька шагнула следом… Ментовский Вовкулака отпихнул ее от двери и звучно клацнул зубами у самого лица.

– Еще ты будешь вперед меня лезть! – рыкнул он.

– Твоя очередь последняя… убогая! – хихикающие девчонки проскочили мимо, одна за другой скрываясь в коридоре. Пряча пылающее лицо, внутрь скользнул Богдан.