Шоу одинокого скелета

– Незачем было так бежать, – пробормотала запыхавшаяся Мурка, – электрички еще нет.

– Есть, – Вадька ткнул пальцем в дальний конец путей, откуда к станции уже втягивалось длинное тело поезда.

Словно в подтверждение прямо над их головами ожил громкоговоритель:

«Электропоезд… прибывает…»

– Ладно, вылавливайте девчонку, а я в ларек заскочу, – решительно заявил Сева.

– Зачем? – удивилась Мурка, – холодильник под завязку!

– Там все для детей полезное, – усмехнулся Сева, – а я вредное купить хочу: колы большую бутыль, чипсов, шоколадку.

– Шоколад не бери, у нас его полно, – согласилась Мурка.

Сева не спеша шагал вдоль поезда к ларьку, когда дверь вагона распахнулась и с высоты подножки на Севу рухнул громадный чемодан. Сева шарахнулся в сторону, пошатнулся, ступил в лужу, забрызгивая грязной водой новехонькие джинсы. С трудом удержался на ногах, с досадой оглядел испачканные штаны, поднял глаза, всматриваясь в глубь тамбура, процедил что-то сквозь зубы и пошагал дальше.

Из тамбура высунулась голова, увенчанная косичками, такими же коротенькими и толстенькими, как у Катьки.

Косички поворачивались, словно антенны-пеленгаторы, выцеливая направление точно на Севу. Засекли, настроились, потянулись мальчишке вслед и вытащили за собой высокую крупную девчонку лет четырнадцати.

– Не знаю как по характеру, а в корпусе – вылитая тетя Альбина, – заявила Мурка и направилась к девчонке.

Та неторопливо спустилась на перрон да так и замерла, продолжая глядеть Севе вслед. Мурка дипломатично покашляла девчонке в спину.

Будто мощный боевой линкор на маневрах, девчонка развернулась всем телом и уставилась сверху вниз на подошедших ребят:

– О! Как хорошо, что вы меня встретили. – У нее оказался неожиданно высокий, визгливый голос. – Ты, наверное, Мурка? А ты… Ой, а я думала, что Кисонька – это девочка, а оказывается… Здравствуй, Кисонька! – и она протянула Вадьке свою широкую ладонь.

И тут же без всякой паузы, не обращая внимания ни на онемевшего от негодования Вадьку, ни на скорчившуюся от хохота Мурку, затарахтела:

– Вам большой привет от дяди Димы и тети Альбины! Как хорошо, что они меня к вам отпустили! Тут так интересно! Ты представляешь, Мурочка, итальянцы!

– Я не Мурочка, я Мурка! Где ты тут итальянцев нашла?

– Прямо по перрону шел! Я ему понравилась! Он меня… он меня «бамбиной» назвал! Ох, Мурочка! – Она стиснула полные ладошки и восторженно зажмурила глаза.

– Повторяю для плохо слышащих, я – Мурка! – рявкнула рыжая.