Повелительница грозы

Хотя если она и правда из деревни… Интересно, есть сейчас в селах спортивные секции? Ирка понятия не имела – родственников в деревне у них никогда не было. Только вполне деревенский огород и такой же деревенский курятник посреди большого города! Ирка привычно шмыгнула мимо погруженной в телевизионные страсти бабки и принялась доставать из шкафа постельное белье – а то с бабки станется заявить, что про белье они не договаривались, и отправить девчонку спать на голом матрасе!

– Эй, тебе полотенце дать? – остановившись у двери ванной, позвала Ирка.

Там царила абсолютная, нерушимая тишина – ни звука. И вода не текла.

– Дина! – снова позвала Ирка. – Ты что, воду включить не смогла? Эй! – она тихонько постучала. – Тебе помочь? Можно войти?

За дверью раздалось едва слышное, точно мышиное, шевеление. Поняв, что другого отклика не будет, Ирка толкнула створку. Все так же безнадежно свесив руки и опустив золотоволосую голову, Дина сидела на краю старой чугунной ванны.

– Вода включается вот так.

 – Ирка повернула кран – желтоватая струя ударила в облезлое дно ванны, в старой газовой колонке с гулом стартующей ракеты вспыхнул огонь.

– Спасибо, – прошелестела Дина и опустила голову еще ниже, так что волосы закрыли ее полностью, до самых пят.

– Что теперь не так? – устало вздохнула Ирка.

Дина мотнула длиннющими волосами и наконец тихонько прошептала:

– Дверь не запирается.

Ирка ошарашенно уставилась на дверь. Крючок на ней отвалился давным-давно, никто уже толком и не помнил – когда! Они с Богданом даже как-то попытались приладить его на место, но при каждом ударе молотка от старого прогнившего дерева отваливались влажные кусочки, и Богдан решил бросить эту затею.

Впрочем, Ирка с бабкой особо не заморачивались: бежит вода, значит, ванная занята, тихо – свободна. Кто ж знал, что бабке приспичит жильцов пускать?

– У нас тут вообще-то мужчин нет, – дипломатично сказала Ирка.

И глазам своим не поверила – раньше она о таком только читала и даже не предполагала, что можно вот так краснеть на самом деле.

Лоб, щеки, шею Дины залила густая, как кетчуп, краска смущения. Ничего себе стеснительность!

– Бабка не зайдет – у нее еще сорок минут сериала, – торопливо добавила Ирка.

– А… а ты? – из-под завесы золотых волос зыркнул темный настороженный глаз.

Ирка поняла, что с нее хватит!

– Ты не знаешь, случайно, за каким лешим я полезу в ванную, когда ты тут моешься? – сквозь зубы процедила она.

– Не знаю.