Пять лимонов на мороженое

Мужа хоть сама выбираешь, а братьев родители подсовывают – с ними тем более можно разводиться! И вообще, я плохо учусь! Думаю в школу с биологическим уклоном переходить, – она покосилась на дрыхнущего в корзинке боевого белого гуся со сложным именем Евлампий Харлампиевич.

– Конечно, цену просчитать, это вам не гусей пасти! – процедил Сева. – Тут думать надо! Дай сюда, бестолочь! – Он выхватил учебник.

Катька сделала вид, что надулась, но глаза под насупленными бровями довольно поблескивали.

Кисонька одобрительно усмехнулась.

– Ну вот и все. Это можно сдавать клиенту, – заплетающимся от усталости языком пробормотал Вадька, тяжело откидываясь на спинку кресла и закрывая глаза. Лицо его было утомленное. Остальные компаньоны с тревогой глядели на Вадьку. Только Сева торжествующе сиял:

– Гонорар обещали перевести прямо завтра – через наш банк! Все-таки мы большие молодцы и почти гении! – Любой, кто хоть немного знал Севу – а знали его здесь все, – отчетливо слышал за этим настойчивое: «Я молодец и гений!» Без всякого «почти».

 – Новыми клиентами обзавелись, заказы рекой текут, даже зарплату служащим выплачиваем вовремя!

– Особенно, если учитывать, что служащий у нас всего один, – напомнила Кисонька.

И все перевели взгляд на одностороннее окно в стене рабочей комнаты агентства. За стеклом виднелся солидный офис, где со скучающим видом восседал здоровяк в неизменных темных очках, с роскошной бородой, – тот, кого наивные взрослые клиенты считали владельцем «Белого гуся» и который был на самом деле его Младшим и Единственным Служащим по прозвищу Салям (от любимого сорта колбасы).

Честно говоря, Севу пару раз посещала мысль не платить Саляму зарплату, ссылаясь на кризис. Тем более что тот последнее время совсем ничего не делал, даже с клиентами не разговаривал, все заказы приходили через Интернет. Но все-таки не решился. Салям не раз компаньонам жизни спасал, а учитывая, что габаритами он смахивал на крепостную башню, да еще и по документам являлся владельцем их агентства – таких фокусов лучше не устраивать.

Еще и Кисонька выдаст со своей фирменной ехидной улыбочкой: «Севочка – жадный!», и снова придется делать вид, что его это вовсе не задевает, и вымученно произносить стандартную фразу домовенка Кузи: «Я не жадный, я домовитый!»

– В кредиты мы не залезли – ничего на нас не давит, – продолжал Сева.