Ирка Хортица и компания. Брачный сезон

А ты держи тампон, ученичок! Лет десять держи, а только потом – оперируй! – отрезала Криза, всаживая специальную иглу для чешуйчатых пациентов в шкуру никсы. Конечно, явись Татльзвум в Пещеры открыто, дальше стражи он бы не прошел, и вряд ли ему позволили говорить с Кризой. Вряд ли его вообще стали бы слушать, а если и стали – для никсы было бы поздно. Криза поджала губы: не ее проблема! Ее проблема… И вот тут она поняла, что у нее… у них всех проблема. – Фонарь! – заорала она на Татльзвума. – Фонарь погаси, быстро!

Щелкнул рычажок, свет погас, она запрокинула голову…

– Опять! Опять пропустила!

Темноту над болотом рассеивало слабое, блеклое зарево… предвестник приближающегося рассвета.

– Иголку! Иголку держи! – завопила она, тряся рукой.

– Что? – растерянно переспросил Татльзвум.

– Держи-и-и! – взвыла Криза, чувствуя, как утекают последние мгновения.

И он, наконец, неуверенно сомкнул пальцы на игле.

Криза вскочила. И ринулась к бортику. Быстрый, раскачивающийся бег… оттолкнувшись от бортика лодки, она… прыгнула!

– Куда, безголовая, сожрут! – отчаянно заорал Митроха.

Краешек тусклого от болотных испарений солнца проглянул над черным горизонтом.

Казалось, на краткий миг тонкая девичья фигурка в вихре развевающихся темных волос зависла в прыжке… подернулась смутной дымкой и…

– Драко-о-он! – пронесся над болотом заполошный вопль. – Змей! Бегите-е-е! – и на лодках воцарился Бедлам.

– Стоять! Всем стоять! Не сожрет вас этот дракон! – голос вождя Лизуна, сейчас как никогда похожий на трубный рев Татльзвума Ка Рийо, дракона из личной боевой тройки Великого Водного, перекрыл вопли, придавив панику, точно пламя – толстым одеялом.

Громадные крылья хлопнули, и красно-белая драконица заложила вираж над болотом, так что шипастый хвост вспорол черную жижу. Опустилась на верхушку скалы, небрежно стряхнула с хвоста вцепившегося в кончик глазастика… и вытянула длинную шею к самой лодке с распростертой на палубе пациенткой.

– Ну что замер? Зашивай! – обдавая горячим дыханием, шепнула она.

– Я? – не понял Татльзвум.

– Тут есть кто-то еще? – иронически поинтересовалась драконица.

– А… – Татльзвум покосился на Митроху, понял, что будет большой удачей, если тот хоть тампон в дрожащих руках удержит… и принялся шить.

– Саквояж я вам оставлю. Антибиотики вколоть, рану обработать… и ради Асклепия… или Табити… или кого угодно – обойдитесь без толченых мух! – обнюхав старую никсу, удовлетворенно фыркнула драконица.