Фан-клуб колдовства (сборник)

В ее глазах светилось одновременно и восторженное, почти молитвенное восхищение, и настороженность, и острое внимание, и даже… даже страх. Точно таким взглядом она глядела на Ирку неделю назад, когда экзаменовала ее на курсах иностранных языков. Рада некоторое время переводила глаза с Ирки на свою руку и обратно, а потом решительно отрезала:

– А не знаешь, так учись! Чтоб знать!

Глава 11. Дойка супермаркета

– Нам с Аристархом Теодоровичем нужно переговорить, а ты пока работай! Корову для кого привезли? – И Ирке в руки упал белый рушник, расшитый алыми петухами.

– А что мне с ней делать? – спросила Ирка, едва успев подхватить падающее полотенце.

– Сдоить, – скомандовала Рада.

– Подоить? – изумленно переспросила Ирка.

– Не подоить, а сдоить, – поправила ее Рада. – Берешь рушник, продеваешь вон в ту замочную скважину…

Ирка обернулась и с некоторым удивлением уставилась на дверь веранды. Дверь украшала здоровенная замочная скважина. В мультиках главные герои через такие округлые замочные скважины злодейские планы подслушивают – уши целиком пролезают.

– Между прочим, на заказ делали. – Рада поспешила развеять Иркино недоумение. – Современные замочные скважины, эти крохотные кривульки, для сдаивания категорически не годятся. – Голос директрисы наполнился высокомерным презрением к убогим современным замкам. – Настоящая ведьма должна иметь в доме хоть одну полноценную замочную скважину.

– И что будет? – недоумевая, спросила Ирка.

Рада Сергеевна остановилась и тяжко вздохнула, и была в этом вздохе извечная учительская жалоба на ученическую тупость.

– Молоко должно потечь. С рушника. Смотри, чтоб на пол не капало, а то убирать придется.

Ирка решительно покачала головой.

– Ничего не понятно. – Она отлично соображала, что ее ведьма-учительница, точно как любой обычный школьный преподаватель, любит, чтоб все схватывали с полуслова. Но ведь и правда – Ирка ничего не понимала!

– Ты доишь корову на расстоянии, – терпеливым тоном сообщила Рада Сергеевна. – Настоящая наднепрянская ведьма могла не иметь ни одной коровы, но молочное в ее доме не переводилось.