Формула клада

Надо отдать должное маленькой большевичке – она не издала ни звука и не потратила ни секунды на расспросы, Джереми только поймал полный изумления взгляд, когда они бесшумно пронеслись за спинами охраны… и он аккуратно прикрыл за собой дверь номера – мягкий хлопок потерялся в лязге прибывшего лифта и топоте сапог.

– Monsieur gеnеral! – прокричал звонкий голос и усталый властный баритон ответил:

– Repos! Je suis heureux![18 - – Господин генерал!– Вольно! Весьма рад! (фр.)] – и пол заскрипел под множеством шагов.

Джереми снова рванул девчонку за руку и в ворохе ее шелков и растрепанных волос парочка ворвалась в ванную. Девчонка кинулась к закрытому Джереми окну.

– Мисс, вы глупы! – бросил, будто сплюнул, Джереми. Он прекрасно знал, что сейчас видит рыжая – разъезд татарской охраны, неспешно перекуривающий под окнами. – Раз генерал здесь, «Лондонская» окружена!

Девчонка вжалась спиной в подоконник и исподлобья уставилась на Джереми… будто уже стояла перед расстрельной командой!

– Am I stuck with this kid forever?[19 - Навязалась на мою голову! (англ).

– Я ни о чем вас не просила! И прекратите дергать меня как… как… как чемодан!

– Вы даже не представляете, мисс, что я сделаю с вами прямо сейчас! – оскалился в ответ Джереми – и затолкал ее в душевую кабинку. И рванул вентиль.

Из груди девушки вырвался придушенный писк, когда сверху хлынул поток ледяной воды. Пышные юбки обвисли, плотно облепив просвечивающийся сквозь шелк ноги.

– I beg your pardon! – усмехнулся Джереми. – Ошибся! – и повернул вентиль, заполняя кабинку крутым кипятком.

– Ненавижу, интервент проклятый! – прохрипела девчонка, прежде, чем густые клубы пара полностью закрыли ее лицо.

– Глупо ожидать благодарности от большевички! – Джереми захлопнул дверцу кабинки.

Теперь завернуться в полотенце и… Джереми схватился за бедра… и замер. Полотенца не было. Он медленно опустил глаза – и почувствовал как волна жара катиться ото лба и вниз, заставляя, кажется, даже пятки вспыхнуть от стыда.

– Это ищите, юноша? – сквозь расползающийся по ванной пар сверкнул золотой аксельбант и на пороге встал тот, из-за кого Джереми метался по отелю, таская за собой девчонку в бальном платье. Генерал Гришин-Алмазов.