Формула клада

– Куда вы так спешите, мисс большевистская шпионка? – Джереми стиснул пальцы – если у красной твари останутся синяки, тем лучше!

– Уступаю место вам… господин агент Сиднея Рейли[16 - Сидней Рейли (1873 – 1925) – британский разведчик, действовавший в России и на Дальнем Востоке в 1910 – 1920 гг. По одно версии родился в Одессе (наст. фамилия Роземблюм), по другой – в Ирландии. Работал в Бразилии, затем при английском посольстве в Санкт-Петербурге. Во время Первой мировой был летчиком канадских ВВС. Говорил на семи языках.

В период Гражданской войны работал в Мурманске, Архангельске, Одессе. Расстрелян в Москве. Прототип Джеймса Бонда Я. Флеминга.]! – девушка безуспешно пыталась выкрутить запястье из хватки Джереми.

– Намекаете, что я – английский шпион? Тогда зачем бы мне лезть в штаб французов? Мы союзники, что известно здесь, знают и англичане. В отличие от большевиков, которые… – продолжая говорить, Джереми бросил взгляд на изъятый документ – на телеграфном бланке были наклеены строчки сообщения.

Джереми замер, вчитываясь в скупые строки…

Острая боль пронзила руку, Джереми вскрикнул, невольно разжимая пальцы – на вспоротом шпилькой запястье протянулась кровавая полоса. Рыжая уже бежала к дверям…

Под окнами раздался пронзительный скрип шин.

– Аttention, messieurs zouave! – в коридоре послышались возгласы.

За дверью прогрохотали торопливые шаги. Рыжая отскочила назад, будто створка была из раскаленного железа, и кинулась к окну, но там ее уже поджидал Джереми. Он сгреб рыжую в охапку, перехватывая руку с булавкой.

– Пустите меня, сэр! – прижатая к его груди девушка отчаянно отбивалась, рассыпавшиеся рыжие волосы хлестнули его по груди. – Это неприлично, наконец!

– Большевистская мисс вспомнила о приличиях? Знаешь, чья там машина? Смотри! – и намотав рыжие пряди на кулак, он прижал ее лицо к стеклу.

Внизу тормозил автомобиль. Конное сопровождение, без больших усилий держащееся впереди и вровень с авто, сбилось, конские крупы заслонили блестящий никель и хром капота, кони кружили в клубах пара, гортанные голоса низкорослых кривоногих всадников эхом отдавались в тишине улиц.

Дверца машины резко отворилась, блеснул генеральский эполет… татары охраны сомкнулись вокруг диктатора Одессы.

– Гришин-Алмазов! – глаза девчонки стали бешенными, как у загнанной собаками лисы. Она рванулась, и даже не вскрикнула, когда натянулись намотанные на кулак Джереми волосы. Повернула голову… и впилась зубами ему в руку.