Долг ведьмы

 – Они запахами питаются, – извиняющимся тоном пояснил богатырь. – Для него наш выхлоп вроде несвежих консервов. О, глядите, Довгомуд репу спер!

От раскинутых по сторонам дороги огородиков, прижимая к себе перемазанный землей мешок, мчалось создание, похожее на застрявшего посреди превращения оборотня – фигура вроде бы человеческая, но покрытая густой шерстью, а вытянутая пасть скалилась острыми клыками. За ним, подоткнув подол и грозно размахивая скалкой, гналась вполне людского вида тетка.

– Зачем ему репа – он же хищник! – провожая взглядом отчаянно лавирующего между повозками и всадниками Довгомуда, охнул Богдан.

– А он и сам не знает. Довгомуд – он Довгомуд и есть. Типичный, – хмыкнул богатырь.

Земля содрогнулась, и навстречу автобусу протопал великан с длинной, как у жирафа, шеей. Голова его покачивалась где-то высоко-высоко, кажется, под самым солнцем.

– Не туда смотришь! – Богдан вдруг дернул ее за руку. – Гляди!

Танька перевела взгляд на двигающийся параллельно автобусу поток телег… и нервно сглотнула:

– Это что… Иркин кот?

– Ага, в юбке! – фыркнул Богдан.

На передке такой ветхой, что казалось, вот-вот рассыплется, телеги сидела такая же крупная, как Иркин кот, трехцветная… кошка (если судить по старой латаной юбке и посеревшему от времени чепцу с прорезями для острых ушек). В оглоблях устало тащился мушхуш, настолько дряхлый, что тусклая чешуя на его боках кое-где осыпалась, обнажая блеклую зеленоватую шкуру, а обломанный рог на низко опущенной змеиной башке глядел в землю.

Несмазанные колеса пронзительно скрипели под тяжестью груза, сама телега, казалось, робко и униженно приседала, словно извиняясь за факт своего существования. Трехцветная кошка почувствовала устремленные на нее взгляды, завертела головой и, обнаружив глядящих на нее с крыши ребят, начала испуганно кланяться, умоляюще прижимая лапы к сердцу.

– А, пестрая! – проследив взгляды ребят, небрежно бросил богатырь.

 – Пестрых здесь за котов не считают. Вы лучше туда гляньте!

Но Танька с Богданом теперь смотрели только друг на друга.

– Иркин кот… из Ирия? – одними губами шепнула Танька.

– Ага! – с каким-то злобным удовольствием прошипел Богдан. – А появился он, как раз когда Ирка стала ведьмой! Да он шпион, Танька! А ты вечно: ой, как он мне нравится, какой он классный! Портретики его рисовала!

– С чего ты взял, что шпион? – запротестовала Танька.