Долг ведьмы

– А если мы ее через крышу украдем, не побежит?

– Он потом побежит, – тоном, каким говорят с маленькими детьми, пояснил чернокожий.

– К тому времени она уже будет моей женой, – сухо прошелестел ящер.

Возня на крыше прекратилась, оба стражника смотрели на ящера.

– Мое уважение и почтение господину десятнику… – осторожно начал светлокожий. – Однако пред красой девичьей мы все равны. Давайте договоримся – как унесем красавицу, так пусть она меж нами сама выбирает! Кого выберет, тот и мужем ей будет, а остальные двое…

– …его прибьют! – радостно закончил чернокожий и похлопал обескураженного собрата по плечу: – Да ты не бойся! Тебя красивая мемсаб не выберет.

Вот же чудеса – не толстая, а все равно красивая! – Он покрутил головой, дивясь причудам красоты и деловито заключил: – Тащить легче будет. Ты лезь давай! – Веревка змеиным хвостом свесилась внутрь крааля.

– Сами лезьте, раз не выберет! – огрызнулся светлокожий.

– Я полезу, – отрезал ящер-десятник, с неожиданной для массивного чешуйчатого тела ловкостью соскальзывая по веревке.

Чернокожий опустил вниз потайной фонарь. Огонек проплыл между застывшими в густых тенях пауками – только их выпученные глазищи медленно скосились в его сторону.

– Прислужница сказала – под самой крышей у девки комнатушка, – останавливая фонарь, пропыхтел чернокожий. – Здесь, что ли?

– Покажись, краса ненаглядная! – Ящер качнул веревку, подтягиваясь поближе к занавешенной двери, и подцепил циновку когтем.

Его широкие ноздри мерно шевелились, собирая струящиеся изнутри запахи. Бац! Ящер сдавленно всхрюкнул, веревка завертелась, ящер судорожно вцепился в нее когтями и наконец повис, хлюпая разбитым чешуйчатым носом…

В горле у замершей на карнизе Таньки вскипел и застыл вопль!

В круге света от потайного фонаря, точно в раме портрета, стоял тот, ради кого Ирка и отправилась в Ирий, – Айтварас Жалтис Чанг Тун Ми Лун, Великий дракон Вод, или попросту Айт.

– А где… девка? – вытирая кровь с расквашенного носа, растерянно выдавил ящер.

– Ты. Здесь. Ищешь. Девку? – С любопытством, с каким очень маленькие дети глядят на случайно придавленного жучка, Айт уставился на болтающегося на веревке ящера. Чешуя ящера приобрела бледно-салатовый оттенок, а маленькие желтые глазки беспомощно пялились в спокойные – как вода над омутом – глаза дракона.