Долг ведьмы

Черноволосый парень поднес ладонь к глазам, разглядывая ее с удивлением, будто посторонний предмет, потом посмотрел на озеро, снова на ладонь, снова на озеро… Черные грязевые разводы медленно исчезали, постепенно растворяясь в сапфировых водах.

– Класс! – восхищенно выдохнула девица, снова беря своего парня под руку.

– Думаешь? – неуверенно переспросил он.

– У нас такой чистой воды, наверное, и не бывает! – кивнула она. – Хотя могли бы обойтись и без пошлины. – Она мрачно поглядела на стражников. – Развелось, понимаешь, бюр-рократов!

Чернокожий не знал, кто это такие, но, судя по недоброму взгляду зеленых глаз, за такое убивают!

– Ну… нам эту воду тоже пить, – с не свойственной змеям растерянностью ответил парень – и словно бы испуганно покосился на озеро.

 – А будут плохо себя вести – замусорю обратно! – пригрозил он – тоже как-то неуверенно. Тряхнул спутанными волосами, ругнулся себе под нос: – А, Ёрмунганд… Ладно, пошли! – и, поддерживая друг друга, парочка медленно побрела по улице. До стражников донесся голос парня: – Я голодный, как… ну вот, Шешу знает – как дракон, наверное!

– А змейскую деньгу мы так и не увидели, – разочарованно пробормотал вслед чернокожий.

– И как бы ты змея считал – как телегу или как лошадь? По лапам али по крыльям? Мамади тебе навстречу – ты б у него еще тоже девку попросил! – ошалело выдохнул светлокожий стражник. – Я и то думал, он тебя сожрет! Слышь, голодный!

– Не… Змейская девка мне без надобности – сама тощая, волосья тож как змеи.

Та, первая, краше была!

– Он еще перебирает! – ящер-десятник размахнулся и когтистой лапой влепил своему подчиненному подзатыльник. Чернокожего снесло…

Едва слышно чвякнуло, грязь под пальмами шевельнулась, из-под нее выглянули две острые змеиные головки. И тут же спрятались. Из другой кучки тоже высунулись змеиные головы – и тоже парой. Грязь влажно похлюпывала, точно внутри нее возилось что-то… или кто-то.

Скрип-скрип! Заглушая пронзительным скрипом все звуки, по опустевшей дороге катила ветхая телега, запряженная дряхлым мушхушем.

Сидящая на передке пестрая кошка в старом чепце и латаной юбке вскочила и, робко подбирая хвост, поклонилась стражникам:

– Будет ли дозволено презренной пестророжденной уплатить пошлину за дозволение въехать в славный город Вагаду? – Кошка разжала лапу, протягивая стражникам тусклые, позеленевшие и даже слегка заплесневевшие медяки.

– Хотел деньгу? Ну так вот тебе! – хмыкнул светлокожий.