День рождения ведьмы

– Ой, мовчи, Гнат! – прикрикнула на него старостиха и сама зажала себе рот рукой.

Тур выволок упирающегося паренька на улицу и швырнул в пыль, придавив копытом. Из распотрошенных домов начали появляться чудовищные туровы воины. Человеко-еж шумно затряс иголками, вопросительно стрекотнул «кузнечик».

Турье копыто вдавило голову мальчишки в землю, тур нагнулся, вглядываясь в безумно вытаращенные синие глаза. Паренек надрывно скулил, норовя свернуться в клубок и, кажется, даже закопаться в твердую утоптанную землю.

– И как тебя такого гонцом послали? – презрительно фыркнул тур, разглядывая своего пленника. – Хотя за молочком… – и опять он зафырчал. – Вам эти лакомства молочные выйдут боком! Отвечай, змееныш, где Великий Дракон? – Тур повертел копытом, вспарывая остро заточенным ороговевшим краем кожу на виске парня.

Из глаз мальчишки хлынули слезы:

– Я не… Я не змееныш, я…

– Ты полукровка, – прервал его тур. – Помесь двух гадин: ползучей и двуногой, даром, что ли, от тебя человечиной несет! Живешь в Змеевых Пещерах, так что наверняка знаешь, где сейчас Айтварас Жалтис Чанг Тун Ми Лун? Где Водный Змей, Хранитель границы?

– Я не знаю, я… – снова залепетал парень, но турье копыто надавило сильнее, кровь брызнула фонтаном.

 – Я скажу, скажу! – зачастил он. – Великий Водный, он… Уехал он! Давно собирался, а сейчас уехал! У него в человеческом мире девчонка! Ведьма! Он к ней…

– Вместо того чтоб сторожить пограничье, он уезжает к своей ведьме! – в рокочущем голосе тура звучало презрение.

 – Все змеи одинаковые… и все они поплатятся! – Он наклонился к лежащему на земле парню и выдохнул, взъерошив пахнущим травой дыханием мокрые от пота волосы. – Ненавижу змеев!

– Та хто ж их, гадов, любыть! – неожиданно согласился торчащий в дверях амбара староста.

– Сказала бо, мовчи! – снова цыкнула на него старостиха и прижала погасшую свечу к груди.

– Великий Огненный в пустынях, Великий Воздушный растворился в аэре и неизвестно, когда вернется, а Земляной стар и не боец! – тур захохотал снова – легко, свободно, торжествующе.

 – Наш господин все рассчитал точно! Он знал, он всегда знает!

– Вы – люди Прикованного! – выдохнул паренек. Если раньше ужас так и пер из него, заливая все вокруг, то сейчас он весь стал ужасом – беспредельным, невероятным. – То есть звери Прикованного… то есть, я хотел сказать… – забормотал он.

– Мы – воины нашего господина, – наклоняясь к нему и давая заглянуть в безумные, налитые яростью глаза, сказал тур.