Строптивая для негодяя

Первое и единственное на данный момент судебное заседание, где я впервые увидела Пашку живьем, закончилось отправкой дела на досудебное расследование. А на следующий день мне позвонил один очень уважаемый человек из столицы с предложением дружбы и любой помощи, а также с просьбой потянуть время и навести порядок в бумажках. Конечно же, в пользу Балабанова. Чтобы комар носа не подточил, как говорится. И ни в коем случае не отдавать дело назад следователю из комитета, а заняться наведением порядка самой.

Так как право такое по закону я имею, а данная просьба никак не нарушала моих принципов, пришлось согласиться, о чем я потом не раз и даже не два пожалела.

Впервые пригласила Балабанова для беседы через неделю после судебного заседания. Если бы он не был таким упрямым бараном, общаясь только через адвоката, точнее отмалчиваясь постоянно, уступая место своему защитнику, я бы давно уже навела порядок в деле.

Когда Паша зашел в мой кабинет, я обомлела. Что можно сказать, красавчик! Высокий, а с моим ростом в сто восемьдесят сантиметров это один из главных критериев в оценке мужчин, симпатичный, я бы даже сказала, красивый и очаровательный, голубоглазый блондин, как раз в моем вкусе, еще и вдобавок ко всему неженатый – как тут не влюбиться бедному одинокому помощнику прокурора.

Так я думала ровно до тех пор, пока Балабанов не начал умничать. Злилась, нервничала, но пыталась держать себя в руках до последнего. Адвокат наоборот был очень любезен, постоянно загружая мой мозг различными юридическими терминами.

– Арнольд Вениаминович, будьте любезны, оставьте нас с прекрасной Дариной Александровной наедине.

И подарил мне одну из своих коронных улыбок “Попробуй возрази”.

Возражать я не стала, потому что стало очень любопытно, зачем ему это надо. Адвокат откланялся, пожелал мне удачного дня, а Балабанову обещал позвонить.

– Слушаю, – начала я первой, так как нервничала еще сильнее, оставшись с ним наедине.

– Тебе звонили насчет меня? – уже без улыбки поинтересовался парень.

– Да, – ответила честно, кивнув головой. – Не пойму, чего ты выпендриваешься, заставляя меня посылать запросы на выемку того или иного документа.