Скромница для хулигана

А я замираю на месте с широко открытыми глазами. Перед воротами стоит машина моей мечты – новая двухдверная спортивная тачка немецкого автопрома, вдобавок ко всему – красного цвета. Из груди непроизвольно вырывается стон, глядя на такую красавицу. По статистике, большинство женщин любят красные автомобили, и я не исключение.

Однако настроение мгновенно портится, так как, облокотившись о капот спортивной машины, стоит самый отвратительный и мерзкий, точнее самый красивый мужчина, который когда-либо встречался на моем жизненном пути.

– Привет, Мартышка, – улыбается черноволосый красавец, показывая мне ряд ровных, белоснежных зубов. – Неужели моя неземная красота производит на тебя такое впечатление, что ты стонешь, едва меня увидев? Так ты только намекни – я всегда готов к твоим услугам!

– Клоун, – только и могу произнести, пропуская мимо ушей всю ту ерунду, которую он только что наговорил, продолжая любоваться красавцем спорткаром.

– Я тоже очень рад тебя видеть, – продолжает умничать красавчик.

Зовут его Антон Сторожилов, и он – покоритель женских сердец, ловелас, Дон Жуан, Казанова или, как часто его называют бабушки, сидящие во дворе на лавочке – просто бабник. Его сексапильность можно разливать по бутылкам и продавать, а если туда еще добавить его наглость – то парень станет миллионером, хотя он и так довольно богат, являясь владельцем двух ночных клубов в нашем городе и парочки в столице, насколько мне известно.

– Слушай, Мартышка, – Антон становится серьезным. – Ты не могла бы посмотреть, что у меня тарахтит в правом переднем колесе?

– Я занята, – бросаю небрежно фразу, разворачиваюсь и направляюсь назад в бокс. Отчетливо слышу шаги за спиной, но продолжаю свой путь.

– Подожди, – парень догоняет и хватает меня за руку, заставляя остановиться. Медленно поднимаю голову, проводя взглядом по руке, которая меня держит, после чего перевожу глаза вверх.

Что ни говори, а улыбка у него шикарная. Когда-то давно она сводила меня с ума. И я по ночам мечтала, что завтра вновь его увижу, и он будет улыбаться только мне одной…

– Ты знаешь, я почему-то всегда думала, что извиняются люди как-то иначе.