Скромница для хулигана

– Скажи этому упырю, если с тобой что-то случится… – снова кричит прямо мне ухо.

– Я поняла, – нагло перебиваю пламенную речь Дарины. – До утра останусь здесь, завтра следователь на допрос вызовет.

– Без меня в комитет ни ногой! Попробую пробить, что к чему. Отбой, – и подруга выключается.

Честно говоря, ее реакция меня вводит в ступор. Я-то думала, она сейчас орать будет, чтобы я отсюда сваливала, а еще лучше сама за мной приедет. Но Дарина, как ни странно, очень спокойно восприняла эту новость.

– Я все слышал, – говорит парень, улыбаясь одними уголками губ. – Не стоит повторять. Кстати, ты, наверное, голодная? – я только киваю головой в ответ. – А у меня в холодильнике мышь повесилась. Обычно я в клубе ем, а здесь только ночую. Ладно, ты пока отдыхай, а я пиццу закажу – тут за углом пиццерия, быстро доставят.

И он выходит из комнаты. А я падаю головой на подушку, закрывая глаза. Боже, как же я устала!

Не знаю, сколько проходит времени, но слышу звук открывающейся двери.

– Мартышка, пицца прибыла!

– Не называй меня так, я же просила, – тяжело вздыхаю, открывая глаза и переворачиваясь на спину.

Парень стоит с подносом в руках, на котором находится пицца, пакет сока и два стакана. Трясу легонько головой, прогоняя наваждение, а Антон начинает улыбаться.

– Точно ты? – наблюдаю, как он ставит поднос на кровать.

– Раз язвишь, значит пришла в себя, – садится на край кровати, после чего облокачивается на руку.

Между нами поднос, а мы смотрим друг на друга в ожидании неизвестно чего. Начинаю шевелиться, пытаясь принять сидячее положение.

– Ешь давай, – Антон берет один кусочек и протягивает мне вместе со стаканом, в который наливает сок.

– Если честно, то я не голодна, – кривлюсь, так как и вправду кусок в горло не лезет.

– Мартышка, – начинает парень, но я его перебиваю:

– Сторожилов! – шиплю в ответ. – Я же просила!

– Пока не съешь, будешь Мартышкой! – улыбается, засовывая в рот кусок пиццы.

Метаю молнии, но повторяю за ним следом. Сама не замечаю, как съедаю три громадных куска, после чего падаю назад на подушки.

– Всё, больше не могу, – вздыхаю. – Иначе умру от обжорства.