Милашка для грубияна

Звоню Аньке, так как Дарина, скорее всего, дрыхнет после вечера пятницы – у них там всегда под конец недели завал, дай Бог, чтобы часам к двум ночи домой попали, и отменяю сегодняшнюю еженедельную встречу. Боюсь, как бы не затянулся наш диалог с шефом.

Собираюсь заранее, надевая летний брючный костюм, делая повседневный мейкап и завязывая волосы в конский хвост. А в голове блуждают мысли одна другой витиеватее. Что так срочно понадобилось шефу? Неужели со статьей лажанулись?

По идее, не должны, ведь рейтинги побили все мыслимые и немыслимые рекорды по количеству пришедших писем на электронку редакции и отзывов в Интернете.

Одни восхищались героизмом Артема, другие осуждали, что так вести себя в цивилизованном обществе не подобает порядочным парням. Если каждый будет распускать руки и не нести за это ответственности, то как дальше жить простым людям. Да, глобальная проблема человечества, о чем речь.

Поэтому вхожу в кабинет шефа ровно в два часа дня аккуратно, громко постучав перед этим.

– Присаживайся, – Сергеич не отрывается от бумаг, перелистывая судорожно страницы.

Падаю на стул, по привычке закидывая ногу на ногу, и жду. Пять минут главред меня игнорирует, после чего складывает листы стопкой на столе, откидывается на спинку кресла и начинает свое любимое занятие – пристально сканировать.

– Долго будешь в молчанку играть? – я смотрю в упор на мужчину.

– Думаю, как бы тебя не шокировать новостями, – он крутит в руке карандаш, продолжая на меня пялиться. – Хорошо, что сидишь.

– Могу встать, чтобы ты смог лицезреть, как я буду падать без чувств от твоих новостей, – кривляюсь в ответ.

– Ох, и язва ты, Миланская, – Сергеич усмехается, после чего садится ровно, наклоняясь немного вперед. – Звонил Вишневский.

А вот это уже интересно! Впервые за все время, что я про него пишу, он соизволил позвонить. Значит, все-таки прочитал.

– По поводу? – интересуюсь, не выдавая внутреннего возбуждения. По крайней мере, стараюсь не показывать своего истинного состояния.

– Хочет дать интервью, – снова откидывается на спинку и вертит между пальцами карандаш, чем действует мне на нервы, в край расшатанные за последнее время.

– Еще раз, а то я не расслышала, – мои глаза округляются, и я подаюсь всем корпусом вперед. – Артем Вишневский что хочет дать?

– Интервью, – спокойно произносит шеф, не обращая внимания на мой тон и выражение лица. – Эксклюзивное. А главное – лично тебе, Миланская. Чувствую, задела ты его последней статьей.