Мажор. Право на ошибку

Спать!

Два дня ада, но я выдержала. Аделаида, как и обещала, выжала из меня все соки. То ей поза не такая, то эмоций мало, то еще к чему-то придерется.

– Ты модель, а не мумия! – фыркала женщина, рассматривая очередные фото. – Где страсть?

– Аделаида Ростиславовна, я…

– Не годится, – вновь и вновь отдавала фотоаппарат Киму, и мы начинали заново.

К ночи кружилась голова, ноги подкашивались от усталости, а мне хотелось… все бросить. И послать весь этот модельный бизнес куда подальше.

– Больше не могу-у… – выла я, лежа на кровати и глядя в потолок.

Такое чувство, что Аделаида решила на мне отыграться. За слишком длинный язык. И за слишком непомерную наглость. Ведь сказала же великая начальница – нефиг со мной возиться.

А сейчас, кажется, пытается мне и всем окружающим доказать, как она была права…

– Кожа у тебя – мечта любого визажиста, – усмехается Зарина, выводя меня из грустных мыслей. Хоть с ней мне повезло. Хоть какая-то отдушина в этом змеином царстве.

В прошлый раз, помнится, мейкап мне делала девочка, которая даже улыбаться, по ходу, не умела. Как робот, постоянно выполняющий одну и ту же работу – ни одной эмоции. А вот Зарина другая. Милая и добрая. Еще и постоянно подбадривала меня, когда в очередной раз поправляла макияж.

– Она специально все это делает, чтобы избавиться от меня, – жаловалась я Зарине вновь и вновь, когда в кресло к ней усаживалась. – Нервы мотает так, что ее мечта скоро осуществится.

– Ты не права, – усмехалась каждый раз девушка, проводя кистью по моему лицу.

– Не верю, – мотала я головой из стороны в сторону.

– А зря! – хихикала Зарина, продолжая выполнять свою работу.

Кстати, еще и права оказалась – даже я поняла, что не так было раньше. Фото действительно получились супер – я и не подозревала, насколько меня “любит” камера.

– У моих моделей должно быть безупречное портфолио! – строгая начальница наконец-то подобрела.

Можно и не спрашивать, он всегда поддакивает Аделаиде. Крайне редко с ней спорит, в основном признавая правоту руководства.

Кстати, меня тоже поддерживал, как и Зарина, в те минуты, когда наша начальница отлучалась по делам.

– Давай же, милая, ты можешь! – кривился, уговаривая, когда я падала на пол, не желая вставать.

– Не могу-у… – скулила, как побитая собака, но все равно поднималась.