Когда прилетит ворон

– А почему уходила?

Неожиданно я рассказала ей всё: и про маму, и про бабушку, и про чай с чабрецом, и про травлю в последний год, и про канал на YouTube, и даже про ворон.

Думала, сейчас она возьмётся меня поучать, советовать, как все взрослые, когда им секреты рассказываешь, но Йоля только головой покачала:

– В школе нелегко! В школе вообще всегда было нелегко. Особенно белым воронам, не знала?

Я знала.

Вернее, я вдруг почувствовала в себе ту самую ворону. Белую, ту, что Аполлон сжёг в ярости, когда она рассказала ему о предательстве любимой.

Я ощутила, как мои белые перья превращаются в угли, как пламя жжёт меня изнутри, рвёт на части и подбирается к сердцу. И тысячи, тысячи огней рисуют на моём теле какие-то замысловатые руны и знаки.

Кажется, Йоля говорила ещё что-то, но голос был незнакомый, хриплый, простуженный.

– Не так просто белому стать чёрным, – говорил она. – Сначала надо по-настоящему опериться. Хочешь, познакомлю тебя с моими мальчиками?

Я даже вздрогнула.

– С мальчиками?

На ладонях всё ещё горели руны. Я всё ещё видела их, расползающихся по линиям жизни красными молниями.

– Да, у меня есть мои мальчики. Хочешь познакомиться?

Она улыбалась.

– Пойдёшь? – Йоля потянула меня за руку.

Руны исчезли. Как и огонь внутри, что почти добрался до сердца.

Я поспешно встала из-за столика.

Ничего.

Пусто.

И на ладонях ни одной линии жизни.

«Абсолютная чистота!» – сказал бы Сергей раньше. Хотя, возможно, он уже и не говорит так. За целый год от него ни сообщения, ни звонка. Как в воду канул. Каплей или камнем. Грузом. Мешком, набитым камнями. Сбросили в воду и пошагали себе дальше налегке.

Вот я и шагаю рядом с Йолей к её мальчикам.

Я шла и думала о Сергее, которого не видела целый год, хотя я должна бы была не думать и не вспоминать. Не слышать, не помнить, не чувствовать.

– Иногда легче быть слепым и глухим, – говорит Йоля, открывая калитку во двор.

Смотрю на неё с удивлением: иногда кажется, она читает мысли. Как будто прислушивается к тебе, вчитывается в твои мысли, заранее знает, что скажешь, что сделаешь.

На уроках тоже так было: обязательно спросит, если не подготовился, или, наоборот, передумает писать запланированную контрольную.

Скажет:

– Ладно, вижу вы ничего писать не хотите.