Восточный ковер

Трудная дилемма, почти нерешаемая.

Через несколько минут должны были появиться нарком иностранных дел Молотов и первый секретарь ЦК КП(б) Азербайджана Мир Джафар Багиров с последней информацией о событиях по ту сторону Аракса. Вообще-то река эта называлась Араз, в «Аракс» ее переименовали армяне, которых Российская империя активно переселяла из Ирана и Турции на новообретенные земли Азербайджана, но и в России, и в СССР на русском языке эту реку требовалось именовать исключительно по-армянски. Сломать эту традицию в Северном Азербайджане удалось только в 1989 году, но по понятным причинам «отец народов» этого знать еще не мог.

Челночные рейсы Багирова в Москву усилились по мере возрастания интересов Советского Союза к Средневосточному региону, в пределах которого находился Южный Азербайджан, отторгнутый от Северного в 1813 и 1828 годах по условиям Гюлистанского и Туркменчайского мирного договоров. Произошло это еще в бытность Александра Сергеевича Грибоедова послом России в Персии. Земля и народ были разделены, как сдобный пирог, где каждому из участников дележа досталось много вкусного в виде нефти, газа, драгоценных металлов и иных стратегических материалов, без которых не выиграть ни одну войну. Север достался Российской империи, Юг получил Иран. Но когда съедаешь полагающуюся тебе по понятиям долю, то волей-неволей заришься на кусок другого и хочешь отломить чуток от его пирога. Отломить так, чтобы на запах не прибежали другие едоки, ничуть не слабее тебя и аппетитом не обделенные. А уж в чем-чем, а в отсутствии геополитического аппетита Сталина обвинить было нельзя. Он прекрасно понимал, насколько важен данный регион для усиления мощи страны, которой он правил, какие неиссякаемые природные богатства находились в прямой видимости от южных границ. Сколько политических и военно-стратегических выгод можно было приобрести, установив свой контроль над территорией Северного Ирана, а точнее, в контексте последних событий, Южного Азербайджана! Если проникнуть в глубь этой территории, открывалась великолепная перспектива и далее расширять границы и без того исполинской страны. Присоединять к себе новые страны, как громадный магнит, притягивающий бессильные железные предметы, меньшие по размеру, но ничуть не теряющие своего огромного значения. Захватив Север Ирана, далее приблизиться к границам Турции, урвать от нее Карс и другие восточные провинции, а потом дальше и еще дальше до самого Индийского океана, где можно посягнуть на бывшие английские колонии.