Однажды…

В скором его убрали…

– Думаешь, мы не знаем, что твоя женитьба на этой армянке была ширмой, – деловито расхаживая по широкой комнате, разглагольствовал новый полноватый следователь с какими-то “надувными” бицепсами. Он был в военно-полевой форме, тоже в чине полковника-лейтенанта, и тонкий ремень портупеи советского образца смешно выделял его пузо.

“Пузатый…”

Он старался говорить на русском, но очень бестолково, на крутых поворотах речи переходя на азербайджанский, с глубоко периферийным диалектом.

– Мы все про вас знаем! – пригрозил он мне мультяшным пальцем. – Твоя жена… эта Манучарова была посредницей между вами и армянскими службами!.. Негодяй! Твой народ гибнет в окопах, а ты на армян работаешь? Предатель!..

Он замахнулся, якобы в порыве праведного гнева хотел ударить. Но, типа, не захотел мараться. Убрав театрально зависший в воздухе маленький кулак над моей головой, он вновь начал расхаживаться.

Я сидел перед ним, руки были скованы спереди наручниками. В комнате за своими рабочими столами находились еще двое сотрудников.

“Кого мне напоминает этот болван?”

Вспомнил. Был такой австралийский мультик – “Вокруг света за 80 дней” по Жюль Верну.

“Мистер Фикс. Вылитый! Только шляпы не хватает…”

– …Откуда столько денег в сейфе Мусаева? – наклонившись, вдруг заорал мне в лицо “Мистер Фикс”. – Ведь это ты передал их ему за предательскую деятельность! Все вы предатели!

– Какие деньги? – я сосредоточился.

– 89 тысяч долларов! – торжественно объявил он.

– …

– Ты передал! И убил Саламову, инсценировав ревность. Концы обрубал!.. Ты также убил Мамедова, так как он догадался, что вы армянские шпионы!..

“Редкий подонок.“

– …Я внимательно изучал материалы дела, – надув грудь, гордо выпрямился он. – Саламова раскаивалась, хотела сдаться властям, а ты ее убрал, исполнив волю этого изменника Мусаева! Но вам не повезло.

Я заметил, что он исподтишка наблюдает за моей реакцией.

– …Только как Мусаев смог связаться с тобой из тюрьмы?

– …

– Не надо было отправлять их в Баилово, – выслушав мое молчание, театрально обратился он к сослуживцам, – там все продажные…

Я еще раз рассмотрел его аудиторию. Один с узким лбом и широкими скулами, подобострастно поддакивал. Другой сидел тихо. Опустив голову и заметно покрасневший.