Однажды…

Наиля же путешествовала по всему СНГ, налаживала новые каналы доставки призывников-дезертиров…

Я с укором посмотрел на Саламову. Она надменно отвернулась.

“Предупреждал же тебя, дура. Не надо было все подряд докладывать…”

– Какие конкретные обвинения предъявлены арестованным? – постепенно картина происходящего прояснялась. – Ясно, дело заказное. Но нельзя вот так с бухты-барахты нагрянуть и арестовать командира Разведцентра. Это нелепо!

– Ты будешь смеяться… – Расулов вдруг чертыхнулся и нажал на газ.

“Газель” догоняла. Разборка с озверевшим водителем, видимо, не входила в его планы. – Начальнику разведывательной службы влепили незаконное приобретение, хранение, сбыт, ношение… короче, там целый список – оружия и боеприпасов, взрывчатых веществ… Это в военное-то время!..

Обоим подкинули несколько патронов и, якобы, у Адылова нашли “лимонку”. Бред! Все знают, что Адылов в отличие от меня интеллигентный, почти пацифист. Он даже табельное оружие неохотно брал… Я думаю, это только начало.

– А в перспективе? – я тихо спросил, хотя догадывался.

– Ясно, измену шьют. Люди приятное с полезным сочетают. И заказ своих господ выполняют, и звездочек побольше хотят заработать. Начальнику разведки, ясно, изнасилование не пришьешь, куры засмеются, да и наркоты не подбросишь, менты возмутятся. Вот “Измена Родине” – в самый раз…

Предо мной возник мужественный образ полковника Мусаева. Честного, принципиального офицера, патриота своей страны. Отца, потерявшего на фронте единственного сына…

– Но где факты? Для того, чтобы разоблачить реальных предателей, нам пришлось года два попариться.

И то, считай, судьба подфартила… – я вспомнил безжизненное тело Мансурова на операционном столе. – И вы думаете, особисты могут обосновать столь нелепое обвинение?

– Им торопиться некуда. Надо было на первичном этапе блокировать передачу информации политическому руководству – они этого добились. Теперь медленно, скрупулезно будут копать и попытаются раскручивать липовые обвинения.

Авось, кто-то сломается… – Расулов внимательно поглядывал в зеркало. Газель, видимо, отстала.

– Теперь насчет тебя, – подключилась Наиля. – Командир во избежание утечки не все твои подвиги документировал, ты слышал. Но вывод в Москву – к бакинским армянам, в деле указан. Это для того, чтобы после завершения операции снять с тебя обвинение в убийстве Бахтияра Мамедова. А также блокировать всевозможное обвинение в шпионаже, если обстоятельства сложатся иначе.