Иные

В глотке было сухо.

– Давай, топай, сегодня ты с лихвой нас потешишь – снова толкнули Дэна в спину.

– Чую, потешать – это больше по твоей части. Ну и воняет же от тебя – бросил парень в ответ.

– Ну-ка не дерзи – и толкнули дулом винчестера.

Дэн шел вперед, по широкому коридору со множеством боковых решеток. Порой, за ними можно было разглядеть обездоленных, изнеможенных и исхудалых узников, потерявших всякую надежду на спасение. Судя по всему, располагалась эта "тюрьма" где-то под землей, возможно на цокольном этаже какого-нибудь здания или в подвале.

Впрочем, Дэна сейчас интересовало только то, где сейчас может быть Катя. И то, что с ней сделает Зуб.

Коридор оканчивался прочной, широкой гермодверью. Сопровождавший Дэна алкоголик в бушлате, насвистывая веселую мелодию, опустил рычаг рядом с ней и тем самым привел механизм в действие. Гермодверь начала открываться.

– Дальше топай сам – разрезал он веревки на руках Дэна – А я лучше посмотрю на тебя сверху, ахах!

Дэн размял кисти. Теперь у него хоть свободны руки.

Конечно, можно было бы предпринять попытку скрутить этого мужика и сбежать, но учитывая, что по коридору порой бродили еще люди Зуба с автоматами наперевес, лучше было не рисковать.

Когда гермодверь открылась, Дэн сделал несколько шагов вперед и наконец понял, куда попал. Почти сразу же его встретил гул негодующих и свист жаждущих расправы зрителей. Это была арена. Небольшая, круглая, огражденная бетонными стенами, а сверху – колючей проволокой, чтобы оставлять пришедших сюда любителей зрелищ в относительной безопасности.

Дэна встречали криками и свистом. Толпы разношерстных людей сейчас собрались на трибунах, дабы лично узреть, что будет происходить на арене. Но явно возвышался среди всех них только один человек, окруженный личной охраной. Это был мелкий, с поросячьими глазками барыга в запачканной от жира жилетки и залысинами на голове. Первое, что бросалось в глаза – так это его давно небритые, седые усы и очень морщинистое лицо. Вот он – Зуб, собственной персоной.

Сидел он в кресле и обзор на арену у него предоставлялся самый лучший. Как и у троих его телохранителей в бронежилетах с автоматами в руках.

Тут же была и Катя…

Она сидела на коленях, а из глаз у нее текли слезы. К шее ее был прикреплен ошейник на поводке, конец которого, что не удивительно, держал сам Зуб. Видя это, у Дэна внутри все закипело, а кулаки непроизвольно сжались.

– Живым ты точно не уйдешь, мразота – прошептал он со злостью.