Смерть танцует танго

Чтобы никто из леса не спускался за продуктами в село, солдаты минировали поля и ставили растяжки. Одних только коров и коз погибло на таких ловушках десятки. Слава Аллаху, смерть обходит добрых людей.

С наступлением сумерек Фатима натаскала из колодца в дом воды и вышла со двора. Перейдя на другую улицу, она подошла к дому местного аксакала и несколько раз стукнула пальцем по стеклу веранды. Дверь открыла младшая дочь старейшины, Бархат.

– Ас-саляму алейкум, Фатима апа, – поприветствовала её девушка.

– Ва-алейкум ас-салям, доченька.

– Проходите, апа, в дом, я налью вам чаю. Отец сейчас вернётся с конюшни, он кормит лошадей.

Фатима прошла в комнату и села на расстеленную вдоль стены кошму. Диктор радио передавал о последних новостях. Прислушавшись, она надеялась услышать что-то новое о событиях в Первомайском, но в этот момент пришёл аксакал.

– Ас-саляму алейкум, Зейнул Оглы, – поздоровалась Фатима, пытаясь при этом привстать с кошмы.

– Ва-алейкум ас-салям, Фатима. Сиди, не вставай, – махнул рукой старейшина. – В наши годы нужно как можно больше лежать в горизонтальном положении, – шутливо добавив, он стал усаживаться напротив гостьи.

– Бархат, принеси нам скорее чаю, – попросил он вошедшую в комнату дочь.

– Красавица у тебя дочка, Зейнул Оглы, – вежливо приметила Фатима. – Невеста.

– Да, она у меня королева гор, – гордо произнёс Зейнул Оглы. – Поверишь, хоть завтра бы замуж отдал. Но за кого? Настоящие джигиты ушли в горы.

– Да-да, – согласно кивнула Фатима.

В комнату вошла Бархат, на подносе принесла чай, каймак, лепёшки и словно чувствовала, что речь шла о ней. Её щёчки порозовели. Взгляд чёрных глаз сопровождал каждое движение её рук. Разлив по пиалам зелёный чай и разложив угощение, девушка вышла.

– Редко заходишь в гости, Фатима, – немного укоризненно сказал Зейнул Оглы. – Я уж было подумал, не заболела ли? Переживаю. Всё-таки соседи.

– Спасибо за заботу, Зейнул Оглы, – поблагодарила Фатима.

Её губы задрожали, и она поспешно поставила пиалу на скатерть. Аксакал, заметив волнение гостьи, выдержал молчаливую паузу, и когда Фатима немного успокоилась, сказал:

– Я и моё семейство всегда рады видеть тебя, ты же знаешь. Твоя радость – это наша радость, твоя беда – это наша беда. Расскажи мне что произошло, не держи на сердце тяжёлый камень.